?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: технологии

Category was added automatically. Read all entries about "технологии".

Мы будем рады, если Вы посетите наш сайт http://culturolog.ru/, посвященный культуре как таковой и современной культуре в частности.

Ждём Ваших материалов (новости и статьи по тематике сайта). Присылайте их на kulturolog@narod.ru .

МИССИЯ КУЛЬТУРОЛОГА


Мы видим своей задачей организацию пространства, в котором явления культуры учитываются, оцениваются и анализируются. Систему координат для этой деятельности призвана дать картина мира, основанная на традиционных ценностях. Эту картину ещё предстоит местами дорисовать, так как многое из того, что происходит вокруг нас, с традиционными ценностями ещё никогда не соотносилось или соотносилось неправильно.

Существенное значение имеет критика современной культуры. Однако по-настоящему главное – это не выявление и оценка недолжного, хотя без этого не обойтись, а обнаружение, поддержка и пропаганда актуальных реализаций традиционных ценностей – всего того, что является доброкачественным наследованием нашей богатой и высокой культурной истории. К сожалению, в мутном потоке современных нам культурных событий порой так сложно разглядеть подлинно прекрасное и действительно чистое. А оно есть. И именно оно задаёт необходимую планку этического и эстетического мироощущения человека, без чего человек теряет человеческое достоинство и превращается в животное, и даже хуже того. У животного - здоровые инстинкты, а у забывшего о высоком человеке инстинкты искажены его концентрацией на инстинктах, то есть извращены.

Мы хотим, чтобы вокруг «Культуролога» сформировалось сообщество людей, которых заботит судьба нашей культуры. Чтобы корпус текстов «Культуролога» представлял собой серьёзную научную, культурную и общественно значимую величину. Чтобы на «Культурологе» собирались новости о событиях, поддерживающих добрые традиции и задающих доброкачественный культурный контекст.


Православная литература


Интернет потребляет значительную часть нашего внимания на ежедневной основе. Подавляющее большинство взрослых людей выходят в интернет ежедневно, а более четверти говорят, что они в нём «почти постоянно». При этом многим людям смартфон нужен исключительно как инструмент для выхода в интернет (например, в США такова мотивация каждого пятого взрослого). Появление смартфонов сократило «цифровую пропасть», разделяющую богатые и бедные страны. Бедная часть человечества также затягивается во всемирную паутину.

В первую очередь виртуализация затрагивает молодых людей; молодёжь чаще и больше пользуется интернетом. Поколения, родившиеся в интернет-эпоху, называют «цифровыми аборигенами». Именно цифровые туземцы, как правило, первыми внедряют новые онлайн-технологии, сразу же после их появления, и активно взаимодействуют со всеми существующими функциями интернета.

Широкое применение интернет‐технологий отчасти связано с тем, что интернет в настоящее время является неизбежным, повсеместным и высокофункциональным аспектом современной жизни. Сегодня использование интернета тесно переплетается с образованием, путешествиями, общением, торговлей и большинством видов профессиональной деятельности. Наряду с прагматичным использованием, интернет также предлагает бесчисленное множество развлечений и видов досуга, включая подкасты, электронные книги, видео, потоковые фильмы и игры. Однако способность интернета улавливать и удерживать внимание объясняется не только качеством медиаконтента, доступного в интернете. Скорее всего, это также обусловлено базовым дизайном и репрезентацией онлайн-мира. Примером подобной обусловленности можно считать саморазвивающийся «механизм притяжения», суть которого состоит в том, что те аспекты интернета, которые не получают внимания, быстро заглушаются морем входящей информации, тогда как успешная реклама, статьи, приложения и всё, чему действительно удается захватить наше внимание (даже поверхностно), регистрируется (через клики и лайки), замечается (через онлайн-акции), а затем тиражируется и распространяется. К тому же ведущие технологические компании были уличены в том, что стремились вызвать у пользователей привыкание к интернету, для чего производились соответствующие разработки, исследования и тесты.

Пользователи могут даже не использовать смартфоны для каких-либо конкретных целей, но уже возникла культура постоянных частых и быстрых проверок устройств для получения входящей информации из новостных агрегаторов, социальных сетей или мессенджеров. Эта привычка может быть интерпретирована как результат поведенческого подкрепления с помощью «информационных вознаграждений», получаемых в момент проверки устройства (своего рода условный рефлекс).

Каковы когнитивные последствия захвата нашего внимания интернетом?

Поскольку потенциал интернета в отношении привлечения внимания поистине беспрецедентен, крайне необходимо уяснить, какое воздействие это может оказать на наши мыслительные процессы и жизненное благополучие. Образовательные учреждения уже сейчас ощущают пагубное воздействие интернета на внимание детей. Более 85% учителей согласны с тезисом, что «сегодняшние цифровые технологии создают легко отвлекаемое поколение». Основная гипотеза воздействия интернета на нашу способность внимания состоит в том, что гиперссылки, уведомления и подсказки, которыми в самых разных формах изобилует поток цифровых медиа, побуждают нас взаимодействовать с несколькими информационными входами одновременно. Это определяется как «многозадачность СМИ».

В одном из первых исследований влияния многозадачности средств массовой информации на когнитивные способности проводилось сравнение тех, кто плотно (т.е. часто и много) работал со СМИ в режиме многозадачности, и тех, кто этого не делал. Когнитивное тестирование двух групп привело к неожиданному выводу, что те, кто был связан с многозадачностью в тяжелых средах, показали худшие результаты в тестах на переключение внимания, чем их коллеги. Вопреки ожиданиям авторов, «дополнительная практика», предоставляемая погружением в режим многозадачности при работе со СМИ, не принесла практической когнитивной выгоды.

Другое исследование было посвящено оценке работы в режиме многозадачности на одном устройстве (оценивалось онлайн-переключение между различными типами мультимедийного контента на персональном ноутбуке). Было установлено, что переключение происходит с частотой в 19 секунд, при этом 75% всего экранного контента просматривается менее одной минуты. Чередование окон компьютера, переходы по гиперссылкам и новые поисковые запросы обуславливаются легкодоступным характером информационных вознаграждений, которые потенциально ожидают в автоматическом медиапотоке. Исследование также обнаружило, что переход от контента, имеющего рабочий характер, к развлечениям был связан с повышенным возбуждением в ожидании переключения, а вот при переходе обратно – с развлекательного на рабочий контент – никакого возбуждения не было.

Погружение в многозадачность, которую несёт интернет, приводит к значительному снижению общей когнитивной эффективности. В одном из исследований сравнивалось влияние на внимание двух видов деятельности – чтения журнала и совершение покупок онлайн (на покупку уходило не более 15 минут). Хождение по гиперссылкам для совершения покупки привело к уменьшению объёма внимания в последующей деятельности, тогда как чтение журнала таких последствий не вызвало.

В целом, имеющиеся данные убедительно свидетельствуют о том, что многозадачность, предлагаемая нам цифровыми средствами массовой информации, не улучшает нашу многозадачность в других условиях, а на самом деле, похоже, даже уменьшает это когнитивное свойство за счет снижения нашей способности игнорировать входящие отвлекающие факторы. Большая часть многозадачных исследований до сих пор была сосредоточена на персональных компьютерах. Тем не менее, технологии смартфонов могут еще больше усугублять эту проблему за счет постоянного притока входящих запросов в виде электронных писем, сообщений в мессенджерах и уведомлений в социальных сетях.

У детей погружение в многозадачность может приводить к развитию дефицита внимания (это является установленным фактом для раннего подросткового возраста). Есть также целый набор косвенных последствий многозадачного поведения детей и подростков, в частности, снижение вовлеченности в учебу, сокращение времени на нормальную жизнь оффлайн, нарушение режима сна, уменьшение возможностей для творческого развития.

Полный текст на сайте:
http://culturolog.ru/content/view/3554/113/

Автор: Александр Федоров, д-р. пед.н., проф

Современная медиакритика в целом опирается на герменевтический подход к анализу медиатекстов, который вполне соотносится с технологией анализа медийных продуктов, принятой в медиаобразовании [Бэзэлгэт, 1995; Федоров, 2010;  Эко, 2005, с.209; Fedorov, 2012;  Silverblatt, 2001, pp.80-81]  - с опорой на такие ключевые понятия, как «медийные агентства» (media agencies), «категории медиа/медиатекстов» (media/media text categories), «медийные технологии» (media technologies), «языки медиа» (media languages), «медийные репрезентации» (media representations) и «медийная аудитория» (media audiences), поскольку все они имеют прямое отношение к идеологическим, рыночным и структурно-содержательным аспектам анализа медийных произведений. В рамках методологии, разработанной У.Эко, здесь, как правило, выделяется три «ряда», или «системы», которые значимы в произведении: идеология автора; условия рынка, которые определили замысел; приемы повествования [Эко, 2005, с.209].

          Напомним, что герменевтический анализ культурного контекста (Hermeneutic Analysis of Cultural Context) - исследование процесса интерпретации медиатекста, культурных, исторических факторов, влияющих на точку зрения агентства/автора и на точку зрения аудитории. Герменевтический анализ предполагает постижение медиатекста через сопоставление с культурной традицией и действительностью; проникновение в логику медиатекста; анализ медиатекста через сопоставление художественных образов в историко-культурном контексте, когда предмет анализа - система медиа и ее функционирование в обществе, взаимодействие с человеком, язык медиа и его использование.

        Нам показалось любопытным проследить, как данные подходы реализуются в конкретных произведениях российских медиакритиков относительно, пожалуй,  двух наиболее дискуссионных фильмов последнего сезона - «Солнечного удара» (2014) Н. Михалкова и  «Левиафана» (2014) А. Звягинцева. Если можно выразиться максимально обобщенно, то  ключевым для авторов «Солнечного удара»  стал  вопросы: «Какую Россию мы потеряли?  Как, почему это случилось?», а для авторов «Левиафана»:  «Какую Россию мы обрели?  И почему именно такую?»

        Всего нами было проанализировано около 60-ти рецензий российских медиакритиков (преимущественно ведущих, наиболее активных  и  заметных). При этом они были (весьма) условно разделены нами на две группы - медиатексты авторов «либерального крыла» и медиатексты авторов «консервативного крыла».

Читать полный текст статьи на Culturolog.ru>>>

Метки:

Автор Евгений Горжалцан

В статье показывается, как с помощью pr-технологии, которая называется "Окно Овертона" в публичное пространство может быть внедрена любая разрушительная матрица. Таким путем шло внедрение гомосексуализма как варианта нормы, сейчас также продвигается педофилия.

Автор упоминает еще детскую эвтаназию. Думается, что и эвтаназия в целом была усвоена с помощью подобной технологии. Недавно мы видели как таким же путем в общественное сознание вбрасывалась идея "постнатального аборта" (говоря нормальным языком  - убийства ребенка после рождения). Подобная технология используется для подготовки введения чипизации.

Предисловие (от редакции)

Кто такой Овертон и что такое "Окно Овертона"?

Джозеф П. Овертон (1960-2003) имел техническое и юридическое образование (был бакалавром наук в области электротехники и доктором юриспруденции). Входил в коллегию адвокатов штата Мичиган. Являлся государственным защитником Апелляционного суда штата Мичиган. Параллельно с этим занимал должность старшего вице-президента Центра общественной политики Mackinac. Данный Центр занимается продвижением различных идей в область политики, как это красиво сформулировано на их официальном сайте: "содействием создания нормальных решений государственных и местных политических вопросов", то есть является инструментом воздействия заинтересованных лиц на политику. Именно в рамках работы в Mackinac Центре Джозеф Овертон и выработал свои идеи, которые называются теперь "Окном Овертона".
Собственно брендом "Окно Овертона" мы обязаны президенту Mackinac Центра Джозефу Леману. Он продолжал использовать идеи Овертона после его гибели в авиакатастрофе в презентациях и придал им существующий ныне "товарный" вид. "Окно Овертона" в подаче Mackinac Центра выглядит следующим образом.

Представьте себе линейку. На обоих её концах  - крайние (полярные) действия для решения любого политического вопроса. Все остальные возможности (состояния или действия) ложатся на эту линейку между её полюсами, постепенно приближаясь от одного крайнего состояния к другому. Линейка представляет собой полный спектр политических решений для какого-то определённого политического вопроса. Суть технологии "Окна Овертона" состоит в том, что в любое заданное время политически возможным является только часть полного спектра решений, фрагмент "линейки". И какие усилия ни предпринимали бы различне мозговые центры или группы влияния, успех будет достигнут только, если они попадают в это окно политически возможного. Но это окно двигается, и на перемещение окна можно влиять, постепенно переводя его от одного возможного действия к другому.

Собственно говоря, этим идея "Окна Овертона" и исчерпывается. Mackinac Центру "Окно Овертона" нужно, чтобы взаимодействовать с политиками, подводить политиков к нужным решениям. То, что сначала кажется невозможным, постепенно обрастает некой "политической плотью". Направление, в котором действовал Центр и сам Овертон, это продвижение идей свободного рынка. Всё вполне благопристойно.

Однако технология "окна" является универсальной, и может быть использована в различных целях. Например, для внедрения различных деструктивных и антикультурных идей. Возможно, одним из первых на это обратил внимание Джо Картер - главный редактор Action Institutе, учреждения занимающегося исследованиями, как библейская традиция может быть совмещена с принципами западного общества. Однако при всей приверженности данной структуры к ценностям свободного рынка, оказывается, в ней находятся люди, способные интеллектуально противостать наступлению антикультуры. Джо Картер опубликовал  летом 2011 в электронном журнале "First Things" статью "Как разрушить культуру в пять простых шагов", в которой показал применение технологии "Окна Овертона" применительно к антитрадиционным и антикультурным вещам (в частности, к гомосексуализму). Чуть позже он опубликовал другую статью "Как нормализовать педофилию в пять простых шагов ". Эти шаги иллюстрируются и в статье Евгения Горжалцана. Но всё же назовём их так, как они прозвучали у Джо Картера.

Шаг первый - от Немыслимого до Радикального.
Шаг второй - от Радикального до Приемлемого
Шаг третий - от Приемлемого до Разумного
Шаг четвертый - от Разумного до Популярного
Шаг пятый - от Популярного до Политики.

Джо Картер обнажил эту pr-конструкцию, прописав содержание каждого шага. Но целостную картину дать у него не получилось. Поэтому в качестве иллюстративного материала к технологии "Окна Овертона" мы рекомендуем статью Евгения  Горжалцана, в которой поступательность внедрения деструктивных матриц показана очень наглядно.

Перейти к тексту статьи на CULTUROLOG.RU>>>
Автор Вениамин Гудимов
Сюжет рассказа Станислава Лема «Терминус» внешне прост: пилот Пиркс ведет старый космический грузовик. После старта Пиркс обнаруживает, что летит на корабле, официальное имя которого фальшиво. Настоящее имеет отношения к давней трагической истории. Возвращение к этой истории Пиркса – или бегство от нее? - и составляет идею рассказа.

Чем ценна для Пиркса эта история? Это не только связь со воспоминаниями из своей жизни – когда молодой Пиркс украдкой читает на лекции газетное сообщение о гибели корабля и трагической участи экипажа. Это возвращение на корабль, который был потерян и найден через десятилетия, отремонтирован и переименован. И снова запущен в качестве космического грузовика.

На корабле присутствуют два свидетеля, которые рассказывают о прошлом: бортовой журнал и старый робот Терминус. Поиски в бортовом журнале приводят Пиркса на страницу, одна линия которой говорит очень многое. На ней прерывается не просто запись – от нее отсчитывается оставшееся время жизни экипажа обреченного корабля. Запись становится историей, которая оживает.

У робота обнаруживается странность: одновременно со своей работой Терминус выстукивает азбуку морзе. Пытаясь разобраться, Пиркс задает Терминусу вопросы, на которые тот не знает ответов или же отвечает механически, как и положено роботу. Пиркс в шоке – морзянка воспроизводит переговоры членов погибающего экипажа, которые ищут друг друга в замерзающем и теряющем воздух корабле. Вроде бы есть объяснение: Терминус в момент катастрофы был придавлен железными трубами и поэтому мог только запоминать, записывать, запечатлевать перестукивание по ним тех, кто был заблокирован в каютах.

Но не все так просто. Терминус не замечает своей «внутренней жизни» - воспроизведения перестука погибающих людей. Эта морзянка - нить, которая вплетена в повседневность Терминуса, состоящую в измерении уровня радиации, наложении пломб на реактор и поисках Кота. Она существует паралельно, Терминус для нее посредник, через который она осуществляется. Терминус не понимает вопросов о ней, которые задает ему Пиркс. С ним невозможно общение, он понимает только команды.

То, что осуществляется через него –  не просто запись, которая передает мельчайшие оттенки состояний людей. Эта запись удивительно активна, неожиданно ответна. Симон и Вайн отвечают на сигналы Пиркса.

«Пиркс втянул голову в плечи. Удары сыпались, как град:– К-т-о – г-о-в-о-р-и-л – о-т-з-о-в-и-с-ь – к-т-о – г-о-в-о-р-и-л – к-т-о – г-о-в-о-р-и-л – я – С-и-м-о-н – я – В-а-й-н – к-т-о – г-о-в-о-р-и-л – о-т-з-о-в-и-с-ь…– Терминус! – крикнул Пиркс. – Перестань! Перестань!».

Но где они существуют, в каком мире, где? Трудно Пирксу с этим вопросом и он находит объяснение: они существуют в электронном уме Терминуса.

Но почти одновременно с таким объяснением, или даже вопреки ему, Пиркс задается жгущим вопросом «Кто это был?». Этот вопрос игнорирует найденный минуту назад ответ – и такое будет периодически повторятся в рассуждениях Пиркса.

Пиркс понимает, что с ними можно … говорить.  Здесь имеет смысл заметить, что повседевности Терминуса и Пиркса удивительно похожи, поскольку обе направлены на обслуживание корабля и сохранении его жизнеспособности. Они оба – функции. Двойственность Терминуса передается Пирксу и тем самым на какое-то время вытаскивает его из роли пилота - что лихорадочно пытается объяснить себе Пиркс.
mkagan_2010_pilot.jpg Майкл Каган "Пилот", 2010
Прочитать статью полностью на CULTUROLOG.RU>>>
В Библиотеке Культуролога размещена работа Ольги Четвериковой "Диктатура "просвещенных". О духовных корнях и целях трансгуманизма".

Из работы:



В начале июня 2013 г. прошло заседание Бильдербергской группы, которая, в свою очередь, собралась сразу после ежегодной конференции Google «Zeitgeist», на которой подводились итоги анализа миллиардов запросов пользователей системы Google. А чуть позже, 15-16 июня в Нью-Йорке в Линкольн-центре в Манхэттене прошёл Второй международный конгресс форума «
Глобальное будущее 2045» (Global Future 2045), собравший учёных, инженеров, специалистов в области нейронаук, обсудивших перспективы развития кибернетических технологий для достижения бессмертия человека. Целью участников конгресса объявлено создание научного мегапроекта «Аватар», который включает в себя разработку антропоморфных роботов, систем телеприсутствия, интерфейсов «мозг-компьютер», нейропротезирования и моделирования мозга, изучение сознания и способов переноса «Я» человека на небиологический субстрат - искусственное тело[1].

Организатором и президентом форума этого проекта является российский миллиардер, гендиректор интернет-компании Newmedia Stars и основатель Стратегического общественного движения «Россия 2045» Дмитрий Ицков, изложивший своё кредо следующим образом: «Человек должен быть свободным от ограничений биологической природы, смерти, гравитации». Для этого человеческие тела должны быть заменены небиологическими носителями, в головы которых вживят мозг землян, и таким образом эволюция человечества будет направлена по пути достижения бессмертия.

Чтобы доказать реальность инициативы, участники форума представили результаты своей деятельности. Японский исследователь робототехник Хироси Исигуро продемонстрировал возможности изобретённого им человекоподобного робота Геминоида НI-1, представляющего точную копию его самого. Этот экземпляр был представлен пионером в задуманном плане обретения человеком бессмертия к 2045 г. Здесь также впервые выступил первый человек-киборг, англичанин Найджел Экланд, обладатель бионического протеза руки, показавший возможности интеграции кибернетических технологий с человеческим телом[2]. Наконец, тут была продемонстрирована андроидная (то есть человекоподобная) голова - двойник Ицкова, сконструированная американским изобретателем Дэвидом Хэнсоном в рамках первой стадии проекта «Аватар А», которой управляли 36 моторчиков.

На конгрессе выступили такие известные футурологи, как директор по техническим разработкам корпорации Google, изобретатель Рэй Курцвейл, писатель и предприниматель, крупнейший индивидуальный благотворитель оксфордского университета Джеймс Мартин, сооснователь Лаборатории искусственного интеллекта в Массачусетском технологическом институте Марвин Минский, основатель разработчик технологии протезирования мозга профессор в Университете Южной Калифорнии Теодор Бергер, основатель первой российской лаборатории интерфейсов «мозг-компьютер» Александр Каплан, разработчик искусственного интеллекта предприниматель Бен Герцель, создатель теории субстрат-независимого разума Рэндал Куне, разработчик теории о возможной квантовой телепортации сознания в альтернативное тело Стюарт Хамерофф, руководитель компании United Therapeutics Мартин Ротблат (компания планирует с 2016 г. начать массовую пересадку распечатанных на 3-д принтерах искусственных органов человека) и многие другие.

Основными темами на конгрессе стали кибернетические технологии продления жизни, кибернетическое бессмертие, метаразум, неочеловечество, а также духовное развитие. Те же проблемы рассматривались и на Первом конгрессе форума, прошедшем в феврале 2012 г., среди докладов которого можно выделить, в частности, такие, как «Сравнительные истории гуманоидов», «Бионическая революция: летающие гуманоиды», «Инженерный вызов: как сделать наш разум субстрат независимым через эмуляцию мозга уже в течение нашей жизни», «Российский проект обратного конструирования мозга», «Сознание и мозг: перспективы преобразования природы человека», «Трансцендентальный трансгуманизм как вероятное будущее человечества», «Психопрактики как ключ к космическому сознанию», «Реализация бытия нашего вида в квантово-цифровую эпоху», «Возможность построения утопии», «Гонка во Внутреннее Пространство: Как получить пользу от более быстрого, умного и богатого будущего человечества» и другие.

Всё это можно было бы воспринимать как некую экзотику, если бы речь шла просто о научной фантастике, но участники конгресса ставят перед собой задачу «создания и реализации новой стратегии развития человечества». Соответственно, и все представленные технологии рассматриваются ими сквозь призму «новой эволюционной стратегиипреобразования человека как вида». Поэтому в конгрессе приняли участие также и «духовные лидеры», стремящиеся внести свой вклад в формирование данной стратегии, однако «духовность» эта явно односторонняя, поскольку присутствовали здесь только проживающий в Нью-Йорке тибетский буддийский лама Гаванг Сунграб (он признан «восьмой реинкарнацией» Пакъаба ламы), мастер йоги индийского ордена Джуна акхара Свами Вишнудевананда Гири Джи Махарадж, ещё один мастер йоги из того же ордена Пайлот Баба и борец за права человека Лазар Пухало, «архиепископ Оттавский» в отставке в юрисдикции обновленческой «Православной церкви в Америке», известный своими выступлениями в поддержку операций по перемене пола.

Тот факт, что основатель движения «Россия 2045» провел этот форум в Нью-Йорке совершенно не случаен, поскольку «Глобальное будущее 2045» является частью набирающего всё большую силу международного движения трансгуманизма, ставящего целью «преодоление человеческой природы» и создание «постчеловека» или «сверхчеловека».

Речь идёт, как указывалось на форуме, о формировании «нового мирового сознания» и «новой мировой цивилизации». Об этом было заявлено и в письме Генеральному секретарю ООН, к которому участники форума обратились незадолго до конгресса с призывом обеспечить им поддержку Генеральной ассамблеи ООН. В нём указывалось, что мир, переживающий кризис потребительской модели существования, кризис целей и ценностей, находится на пороге глобальных перемен, сутью которых должна быть реализация новой модели развития, способствующей эволюции сознания индивида и «переходу кНеочеловечеству». Достигнуть этого планируется с помощью прорывных технологий, призванных обеспечить продление жизни на базе искусственного тела-аватара вплоть до бессмертия, которые позволят создать новую цивилизацию. Как подчеркнули авторы письма, данная стратегия должна стать «альтернативой национально ориентированным идеологиям и объединить нации, сделать смыслом жизни каждого служение человечеству»[3].

Как видим, устами «учёных» мировые правители начинают открыто излагать свои планы, считая, видимо, что сознание человечества уже достаточно трансформировано, чтобы принять их.

В какой же степени новы эти идеи, каковы их корни, их истинный смысл и та роль, которую они играют в духовной перестройке, осуществляемой глобальными транснациональными элитами?

Полностью файл доступен но этой ссылке>>>

Продолжаю выкладывать анализ ворсайт-проекта "Детство 2030"
Полный текст: http://culturolog.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=519&Itemid=46


Вот что вошло в «дорожную карту», выработанную в рамках «Детства 2030» ( «Статья», стр.17):

•1.                  Технологические инновации будущего, уже сегодня заложенные в программы различных  организаций.

•2.                  Зоны возможных социальных трансформаций России, предпосылки которых эксперты уже сегодня обнаруживают в структуре общества.

•3.                  Возможные точки изменения дискурса - какие понятия, организующие жизнь людей, будут изменяться и каким образом.

Иными словами: чужие дорожные карты (1), новые понятия или новое наполнение старых понятий (3), возможные и рекомендованные изменения общественных отношений (2).

Я поставил понятия перед отношениями, потому что сначала меняется картинка у нас в головах, потом что-то происходит в обществе. Авторы проекта ставят дискурс после зон трансформаций, поскольку для них важно представить всё таким образом, что сначала  обсуждаются возможные социальные изменения, достигается общественное согласие относительно предпочтительного варианта, а только потом начинается перестройка общественного сознания. Но так не  бывает. Чтобы трансформация произошла, она обеспечивается заранее на идеологическом уровне. Это знают и авторы проекта, но темнят. Иначе им пришлось бы признать, что и сам проект - не что иное, как стадия подготовки к нужным им трансформациям. Тем, что и как излагается в материалах проекта, уже начата работа по изменению дискурса .

Я всё время говорю «авторы проекта».  Но разве к работе над проектом не привлекались эксперты, выражающие самые разные точки зрения?  Разве итог их работы не сложился в результате коллективного обсуждения? Может быть, «Детство 2030» следует считать объективным мнением российского экспертного сообщества?

Увы, практика проведения подобных мероприятий показывает, что очень и очень многое  зависит от доброй воли организаторов и модераторов процесса. При наличии доброй воли результат может быть максимально приближен к объективному, а при отсутствии таковой весь процесс оказывается лишь ширмой, позволяющей выдать чью-то частную позицию за общее мнение.

Вся хитрость в том, что именно модераторы контролируют входы и выходы обсуждения. На входе формулируется проблема, ставятся вопросы, задаётся базовая терминология. На те вопросы, которые остались не заданными, какие бы эксперты в обсуждении не участвовали, ответов так и не будет. И наоборот, заданные вопросы уже содержат в себе параметры ответов. Если обсуждается, какую яичницу лучше приготовить на завтрак, то предложение позавтракать кашей уже вряд ли возникнет.  Если же оно всё-таки возникло, на этот случай есть контроль на выходе. Вся масса предложений должна быть отсортирована на значимые и незначимые. Ответ, чьи параметры выходят за рамки вопроса, легко классифицируется как не относящийся к теме и исключается из обсуждения.

Иными словами, если модераторы ангажированы, они всегда получат результат, нужный заказчику. В случае с «Детством 2030» для определения конечного заказчика, то есть выгодоприобретателя (фонд «Моё поколение» таковым, очевидно, не является), не достаточно информации. Однако ряд признаков указывает на ангажированность исследования.

Прежде всего, настораживает готовность, с которой в «дорожную карту» российского проекта включаются пункты из «дорожных карт» иностранного происхождения. При этом даётся следующее обоснование ( «Статья», стр.17):

На настоящий момент в России не опубликовано ни одной технологической дорожной карты. Это представляет серьезную проблему и с точки зрения темы форсайта: это свидетельство того, что именно западные компании будут выступать основными агентами развития в сфере технологий и новых продуктов. Исследования показали, что на настоящий момент в России нет своих стейкхолдеров в технологической сфере, сфере инновационных продуктов, и в сфере детских товаров для детей. Да, безусловно, есть успешные компании и разработчики, но не они формируют тенденции и определяют развитие в области технологий, в большинстве случаев они либо используют существующие технологии, либо подключаются как специалисты к ведущимся разработкам.  Либо в ближайшее время такие стейкхолдеры появятся, либо мы и дальше будем потреблять продукты западных рынков.

Первое впечатление от прочтения текста - авторы обеспокоены ситуацией с технологическим отставанием России. Они бы рады были ввести в проект отечественные технологические разработки, да не могут - за неимением таковых. Это то, что говорится, а теперь попытаемся определить, что осталось за пределами текста.

Во-первых, вариант, при котором технологическое отставание России будет преодолено, просто не рассматривается. Мол, не на что опереться, внятных предпосылок нет, поэтому будем опираться на то, что есть - на обещанные Западом разработки. О том, что наше будущее зависит от нас, здесь забыто. «Детство 2030» - социальный форсайт-проект, технологическое проектирование будущего - вне его компетенции. Такая вот хитрая позиция. На самом деле самим фактом своего предвидения будущего с западным технологическим доминированием «Детство 2030» способствует закреплению именно этого варианта. Представим себе, что российское общество начнёт действовать в соответствии с предложенной «дорожной картой». Тогда российские инновации, если они всё-таки состоятся,  окажутся вне основной линии развития, что создаст дополнительные проблемы для их внедрения.

Во-вторых, отсутствует какое бы то ни было критическое восприятие западных реляций о будущих достижениях. То есть можно констатировать абсолютное доверие и полное принятие чужого видения будущего. Спрашивается, с какой стати? Разве зарубежные авторы дорожных карт не могут ошибаться? История знает массу случаев, когда оценка технологических перспектив оказывалась неоправданно оптимистичной. Самый яркий пример - темпы развития ядерной энергетики. В середине XX-го века ей рисовали радужные перспективы. Однако оказалось, что тепловые электростанции тоже могут быть экономичными (особенно с учётом затрат на их строительство), а экологические последствия в случае ставки на атомную энергетику рискуют оказаться просто катастрофическими.

Завышенные оценки для современной культуры бизнеса вообще более предпочтительны. Они задают планку, которой надо стремиться, мотивируют на развитие. Под красивое, успешное будущее проще получать финансирование. Но, реальность, в том числе и экономическая, неизбежно производит коррекцию. Технологичность часто оказывается экономически нецелесообразной. Та же домохозяйка, ставшая стейкхолдером в случае с пылесосами, отнюдь не случайный образ: человечество подошло к порогу, за которым многие технологические усовершенствования оказываются просто ненужными массовому рынку. Реальный пример технологического отката по причине отсутствия спроса - прекращение производства сверхзвуковых самолётов гражданского назначения. Люди могут летать быстрее, чем они делают сегодня, но им это не настолько нужно, чтобы платить цену, достаточную для окупаемости.

В-третьих, умалчивается, что ориентация на технические инновации сама является не более чем одним из видов будущего, конкурирующих между собою за то, чтобы стать реальностью.

Авторы проекта много говорят о необходимости  сохранения конкурентоспособности России на  мировой арене, но факт конкуренции в форсайт-проекте отсутствует. Вот хитрая формулировка  «вывода о конкуренции» ( «Статья», стр. 26):

Зона конкуренции смещается в сторону будущего - горизонт стратегирования отодвигается все дальше в будущее, зоны принятия решений концентрируются в настоящем. Кто делает это быстрее и техничнее, тот начинает побеждать в «гонке за будущее».

Есть «гонка за будущим». Это словно бег за уходящим поездом. В настоящем все бегут, толкаются («зоны принятия решения концентрируются в настоящем»), конкуренция идёт в полную силу. А потом вскочил на подножку, и - ура!- можно вытереть пот со лба и дальше ехать спокойно. Будущее - твоё.  В самом будущем конкуренции как бы нет.

Каждый здравомыслящий человек понимает, что конкуренция никуда не денется. Как сегодняшний мир раздирают противоречия, так они будут раздирать и завтрашний мир. Но авторы проекта предпочитают пользоваться стилистикой, в которой будущее подаётся как результат совместного творчества, как некий реализованный консенсус участников форсайт-проектирования. Поневоле приходится подозревать, что нам под соусом «готовности к будущему» вообще пытаются продать готовность к вполне определённому будущему,  протащить один из вариантов, устраивающий неизвестных нам выгодоприобретателей.

Например, в «дорожной карте» проекта упоминается портативный переводчик Voice-translator, позволяющий людям, говорящим на разных языках, общаться между собой в режиме реального времени. («Статья», стр. 18). Авторы «Детства 2030» ожидают, что это нововведение разрушит языковые барьеры и сделает население Земли ещё более мобильным.

Всё возрастающая  мобильность населения действительно является легко прогнозируемым трендом. Однако сегодня проблема межъязыковых барьеров решается иначе. Всё большее число людей в мире учат второй язык, как правило, английский, причём часто - параллельно с родным языком, и английский язык становится языком мирового общения. Если эта тенденция сохранится, то у Voice-translator'а просто не будет достаточного рынка сбыта.

Господство английского языка означает доминирование англоязычной культуры, и многим это не нравится. Не случайно Voice-translator разрабатывает японская корпорация NEC: японцы таким образом пытаются отстоять свою культурную и языковую независимость.

Мы видим, что в данном случае имеются две конкурирующие модели будущего: одна из них базируется на технологической инновации, а другая нет. Почему же в «дорожную карту» «Детства 2030» закладывается именно технологический вариант, и ничего не говорится об альтернативном?

Доминирование в мире английского языка, конечно, создаёт большую проблему для неанглоязычных национальных культур. Однако «инновационное» будущее имеет, пожалуй, ещё более страшные культурологические последствия.

Чтобы научиться говорить на другом языке, его надо выучить, затратить труд. Приобретая разговорные навыки, человек проходящий обучение, научается и многому другому - самоорганизации, умению учиться и работать с информацией, знакомится с образцами иноязычной культуры. Если он купил Voice-translator, с ним ничего подобного не происходит. Любое техническое нововведение означает утрату определённых умений, а если эти умения имеют общекультурное значение, то рост технической оснащенности способен вызвать деградацию культуры.

Далее, любой язык образует систему смыслов. Слова связаны между собой через устойчивое совместное употребление или этимологию. Поэтому каждый язык создаёт свой мир понятий, свою картину мироздания, которую в точности нельзя выразить на другом языке. Всегда остаётся что-то принципиально непереводимое. Но чужой язык можно узнать, словно заглянуть в душу чужого народа.  Если же Voice-translator  станет обыденностью, практика перевода просто умрёт. Непереводимые смыслы чужого языка будут утеряны. И этот процесс будет многосторонним. Люди будут общаться между собой, невзирая на язык. Следовательно, их будет интересовать только та часть языка, которая будет поддаваться автоматическому однозначному переводу. Какой смысл говорить то, что не будет понято? В результате, все языки станут стремиться к упрощению. Семантическая глубина национальных языков будет утрачиваться.

Есть и чисто экономические последствия. Voice-translator будет производить одна корпорация, и в случае победы этого варианта будущего бизнес многих малых компаний, занимающихся обучением и переводом, будет закрыт. Вообще, «инновационное» будущее, основанное на технических решениях, только укрепляет господство крупных мировых корпораций, лишая людей, не обладающих значительным капиталом, возможности начать своё дело. «Инновационный» мир - это мир монополий, где частной инициативе просто нет места.

Поэтому увлечение авторов «Детства 2030» технологическими инновациями отнюдь не безобидная вера в могущество человеческого разума. Это вполне сознательный выбор будущего, в котором простой человек безгласен, а право решения принадлежит технической и деловой элитам. Делая вид, что наших детей готовят к жизни в демократическом обществе, их собираются вести в жёсткий мир технократии.

Кстати, демократический характер общества будущего в документах «Детства 2030» не столько проговаривается, сколько,  скорее,  подразумевается - по принципу: а какое общество ещё может быть? Собственно о демократии в «дорожной карте» проекта (см.: http://2010-2030.ru/536/588/) не говорится ни слова. Те же контексты, в которых  употребляются слова о демократии в других документах, не создают уверенности, что авторы «Детства 2030» действительно имеют искренние демократические убеждения. Упоминание о демократии в «Статье» (стр. 10) единично и случайно. В «Декларации о праве детей на будущее» (http://www.moe-pokolenie.ru/385/386/) о ней говорится как-то походя. Так в Советском Союзе по обязанности упоминали о строительстве коммунизма:

Создание привлекательности и разнообразия возможностей для детей должно стать одним из основных пунктом приложения усилий общества и государства, потому что именно в условиях разнообразия возможностей вырастает сильное и демократическое общество.

«Демократический характер управления» называется в качестве одного из основных принципов в документе фонда «Моё поколение» под названием «Образовательные программы» (http://www.moe-pokolenie.ru/service1/374/). Но это довольно периферийный документ. В нём же говорится и о любви к Родине.

Вообще, форсайт-проект «Детство 2030» при желании может быть интерпретирован как очень патриотичное начинание. Авторы постоянно заботятся о конкурентоспособности России в будущем, не желая её превращения в «экономического карлика» (этот образ в «Статье» дан на стр.13). Однако, приглядевшись, можно сделать вывод, что патриотизм - такая же обманная идеологическая маскировка, как и присяга на верность демократии.

В «Статье» есть раздел с очень показательным названием «Где мы ещё не опоздали» (Приложение 1. Стр.27-31). Как это часто водится в документах проекта, слова здесь используются для формирования «правильного» восприятия у читателя, а вовсе не в буквальном их смысле. На самом деле в разделе только и говорится о том, где мы уже опоздали. Вроде как перечисляются возможные сценарии развития: «Ставим на индустриальную экономику», «Ставим на вооружение», «Ставим на науку», «Ставим на сырьё», однако всякий раз делается вывод, что данный сценарий при текущих обстоятельствах в России не реализуем.

Прямо-таки готовая иллюстрация по теме «двойные стандарты». Ведь сами же указывали в качестве одного из оснований форсайт-проектирования :

Будущее не следует из прошлого и зависит от решений, которые будут предприняты участниками.

Когда надо отрешить людей от их прошлого, эта фраза оказывается к месту. Когда же с её помощью можно задать планку достойного существования для российского государства, о ней забывают.

Также достойна удивления лёгкость, с которой делаются серьёзнейшие политэкономические выводы. Для того чтобы разобраться с вопросом, насколько, например,  может быть эффективна российская наука, авторам «Детства 2030» оказывается достаточно одного абзаца. При этом, стоит напомнить, экономика не была темой форсайт-проекта, т.е. экспертное сообщество ни один из упомянутых здесь сценариев не обсуждало. Сами же авторы проекта  в число звёзд экономической науки не входят и трудов на эти темы не писали. Что же является основанием для утверждения о неспособности России двигаться по любому из перечисленных вариантов?

Приходится делать вывод, что единственное основание - это желание протащить идею, что приоритетом развития для России может быть исключительно человеческий капитал.

На первый взгляд идея о приоритетности развития человеческого капитала - отличная идея. На уровне обыденного языка под человеческим капиталом понимаются знания и компетенции. Разве плохо, если люди в России будут лидерами в этой области? Однако непонятно, как человек может  достичь высокого уровня знаний и компетенций в стране, проигравшей мировое соревнование в сфере науки и инноваций. А ведь и науку, и инновационную экономику авторы проекта списали в архив:

По этим и другим направлениям мы попали в ситуацию, когда соревнования уже выиграны, победители получили награды, а мы только готовимся к выходу на стартовую дорожку. («Статья», стр. 30)

Давайте попробуем зайти с другой стороны. На языке науки человеческий капитал это не просто знания и способности, а их оценка в денежном измерении, или, если воспользоваться формулировкой экономического словаря, оценка воплощенной в индивидууме способности приносить доход.

Видимо, не случайно ни в одном из документов «Детства 2030» нет определения человеческого капитала. Иначе сразу стало бы понятно, что Россия, впрыгнувшая в ускользающее от неё будущее, по мысли авторов проекта должна занять в нём вполне определённое место: стать поставщиком  квалифицированной рабочей силы для мировой экономики.  В глобальном мире гражданство и национальная принадлежность не будут иметь никакого значения. Что будет происходить собственно с Россией, также значения иметь не будет. Экономические успехи могут быть сконцентрированы  совсем в другом регионе планеты. Важно, что выпестованные проектом люди будущего примут участие в производстве и распределении дохода. Ответственности за тех, кто оказался недостаточно способен, чтобы стать объектом инвестиций в человеческий капитал, они не несут.

Нельзя забывать, что, хотя в документах проекта сплошь и рядом говорится о России, сама программа «Детство» позиционируется как международный проект, и разработчиком её является международная ассоциация. Неудивительно, что в итоге патриотизм проекта оказывается весьма специфическим.


kulturolog_ia
Андрей Карпов
КУЛЬТУРОЛОГ
December 2020
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Метки

Сообщества

RSS Atom

Comments

Powered by LiveJournal.com
Designed by Kenn Wislander