Category: мода

Category was added automatically. Read all entries about "мода".

Сайт КУЛЬТУРОЛОГ приглашает читателей и авторов

Мы будем рады, если Вы посетите наш сайт http://culturolog.ru/, посвященный культуре как таковой и современной культуре в частности.

Ждём Ваших материалов (новости и статьи по тематике сайта). Присылайте их на kulturolog@narod.ru .

МИССИЯ КУЛЬТУРОЛОГА


Мы видим своей задачей организацию пространства, в котором явления культуры учитываются, оцениваются и анализируются. Систему координат для этой деятельности призвана дать картина мира, основанная на традиционных ценностях. Эту картину ещё предстоит местами дорисовать, так как многое из того, что происходит вокруг нас, с традиционными ценностями ещё никогда не соотносилось или соотносилось неправильно.

Существенное значение имеет критика современной культуры. Однако по-настоящему главное – это не выявление и оценка недолжного, хотя без этого не обойтись, а обнаружение, поддержка и пропаганда актуальных реализаций традиционных ценностей – всего того, что является доброкачественным наследованием нашей богатой и высокой культурной истории. К сожалению, в мутном потоке современных нам культурных событий порой так сложно разглядеть подлинно прекрасное и действительно чистое. А оно есть. И именно оно задаёт необходимую планку этического и эстетического мироощущения человека, без чего человек теряет человеческое достоинство и превращается в животное, и даже хуже того. У животного - здоровые инстинкты, а у забывшего о высоком человеке инстинкты искажены его концентрацией на инстинктах, то есть извращены.

Мы хотим, чтобы вокруг «Культуролога» сформировалось сообщество людей, которых заботит судьба нашей культуры. Чтобы корпус текстов «Культуролога» представлял собой серьёзную научную, культурную и общественно значимую величину. Чтобы на «Культурологе» собирались новости о событиях, поддерживающих добрые традиции и задающих доброкачественный культурный контекст.


Православная литература

Роль моды в обществе потребления.

Автор: А.Н. Ильин
Ренуар Женщина в желтом корсаже
    Пьер Огюст Ренуар "Женщина в желтом корсаже", ок. 1883
 Человек всегда ищет свою принадлежность, пускается в поиски идентификации себя с какой-то социальной группой, референтной для него. Привычка, следование образцу и подражание – основа самоопределения, которая обеспечивает ритуальность культуры и механизмы ее развития и воспроизводства[1]. Мода способствует сохранению культурной традиции, символизирует социальный статус, направляет поведение и устанавливает границы дозволенного и желаемого, выступает средством достижения общественного признания. А.В. Конева отмечает сверхиндивидуальную сущность моды: по нашему мнению, эту сверхиндивидуальность можно поставить в один ряд с политикой (особенно авторитарной), рекламой и т.д. – со всем, что благодаря своей возвышенности над индивидуальностью человека лишает последнего свободы выбора, волепроявления и других субъектных качеств.

 Х. Ортега-и-Гассет пишет о том, что модное искусство недолговечно, так как живет за счет эфемерного зрителя, а классическое искусство со зрителем не считается, что является причиной трудности его понимания[2]. Указание философа на недолговечность модного искусства говорит о постоянной переменчивости последнего, а значит, и самой моды. Но эта переменчивость не выходит за пределы китча и не пытается войти в сферу более высоких уровней культуры, – в таком случае массам станет трудно осмыслить новую тенденцию, и тогда она не станет модной.
 Недолговечность как основное качество лежит в основе моды в обществе потребления, то есть, это непосредственное требование к вещам. Серийные вещи намеренно обрекаются создателями на непрочность; они не должны быть редкими, но должны быть краткосрочными, бренными, низкокачественными. Само производство поддерживает смертность одних вещей для того, чтобы на смену им пришла жизнь других, в своей совокупности образующих новый модный писк, и так происходит циклически. Поэтому нельзя сказать, что производство стремится к смертности вещей в целом; оно устанавливает цикл смерти-возрождения, ускоренного обновления вещей, благодаря которому создается мода и утверждается ее подвижность, но и благодаря подвижности моды создается этот циклический кругооборот. Такой цикл не следует пути наделения вещи прямой функциональностью (прямая функциональность растворяется во мраке низкого качества), но гонится за функциональностью символической, которой как раз и соответствует мода. Вообще, прямая функциональность, связанное с ним высокое качество вещи и, соответственно, долгое ее использование, полностью противоречит дискурсу моды и потребкульта, а потому для этого дискурса приемлема только символическая функциональность. Происходит компенсация качества количеством и символической полезностью. Сейчас остается только ностальгировать по качеству джинсов, выпускаемых пятнадцать-двадцать лет назад, на смену которым пришла одежда «на один-два сезона». На основе этой практически общей тенденции ускорения времени службы (выгодной для производителей) вполне своевременно и притягательно выглядят рекламные слоганы типа: «Indesit – прослужит долго» (что выгодно для потребителей, преимущественно тех, кто не гонится за изменчивостью моды).

 Мода – «обычно непродолжительное господство определенного типа стандартизированного массового поведения, в основе которого лежит относительно быстрое и масштабное изменение внешнего (прежде всего, предметного) окружения людей … внешнее оформление внутреннего содержания общественной жизни, выражая уровень и особенности массового вкуса данного общества в данное время»[3]. Ей свойственны: релятивизм (быстрая смена форм), цикличность (периодическая обращенность к традициям прошлого), иррациональность (ее «эмоциональная» обращенность не всегда сообразуется с логикой или здравым смыслом), универсальность (мода обращена ко всем сразу и к каждому отдельно). Мода формирует вкусы, внедряет определенные ценности и образцы поведения и управляет ими. Мода ориентирована на высокую рейтинговость, а всякие «горячие десятки» и другие топ-листы являются формами организации моды. Как бы просто информируя о самых рейтинговых компаниях и товарах, они их рекламируют,  придают значимость всему, что внесено в список, но содержание списка постоянно меняется. Миропорядок выстраивается из 10 лучших исполнителей, 10 ведущих событий, 10 самых успешных компаний, 10 наиболее дорогих брендов. Культура потребления же формирует потребность искреннее интересоваться рейтингом поп-звезд в «горячей десятке». Мода – одно из средств социализации. Но можно ли эту социализацию назвать именно таковой? Скорее, здесь более уместным будет термин «нормализация» или более грубое, но весьма справедливое в этом контексте слово «массификация».

Полный текст статьи на CULTUROLOG.RU>>>

Десакрализация с помощью "сакрального искусства"

Адрес материала на сайте: http://culturolog.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=223&Itemid=20


О биеннале сакрального искусства, проходящей в итальянском городке Изола-дель-Гран-Сассо стало известно благодаря провокации, устроенной Франческо де Молфетта, который выставил статую Девы Марии в одеянии с лэйблом Louis Vuitton. Бренд Louis Vuitton является старейшим в мире высокой моды, более того – в нём видят воплощение идеи высокой моды как таковой. Статуя, изготовленная Франческо де Молфетта, в целом соответствует католическим канонам, однако на одеянии присутствуют золотые буквы LV. Автор уверяет, что он не собирался глумиться над святыней, ему хотелось лишь укорить общество «построенное на основе культа внешнего вида и поклонения брендам, олицетворяющим поиск эфемерного счастья».

Франческо де Молфетта Бэтмен

Бэтмен с выставки Новые идолы (New Idols), 2010

Предыдущей акций де Молфетта, вызвавшей широкий общественный резонанс, была выставка «Новые идолы», прошедшая в апреле этого года в миланской Don Gallery. В гротескной форме были представлены популярные персонажи и явления современной культуры.

 

Франческо де Молфетта критичен по отношению к современному миру. Он высмеивает его наиболее одиозные перекосы, и это ему удаётся. Но смех сам по себе – оружие страшной разрушительной силы. Контролировать его практически никому не удаётся. Смех вырывается на свободу, и очаг  поражения оказывается гораздо большим, чем хотелось бы тому, кому вздумалось посмеяться.

 

Действительно, попытаться «возвысить» Церковь с помощью лэйбла Дома Высокой Моды, это интересное решение. Ни Церковь, ни вера не нуждаются в возвышении, это чисто человеческое – желать статусных бирок. Лэйбл на фоне святыни обнажает собственную пустоту, а преклонение перед ним выглядит особенно глупым. Эффект достигнут.

 

Но автор использует для решения этой задачи сакральный символ. Изображение Девы Марии не может использоваться в «фоновом режиме». Сакральный символ всегда требует концентрации на самом себе. Именно он несёт нам основные смыслы. Дева Мария в одежде от Louis Vuitton выпадает из пространства сакральности. Этой статуе никогда не будут поклоняться, она становится лишь иллюстрацией, более того – иллюстрацией, не имеющей отношения к истинам веры и Писанию. А это значит, что религиозный символ полностью десакрализирован, и таким образом уподобен любому другому символу. Из духовной реальности мы попадаем в обычный культурный контекст. Не остаётся места ни для молитвы, ни для покаяния, мы лишь зрители, и нам надлежит только смеяться.

 

При этом смеёмся мы не отдельно над лэйблом. Наш смех обращён к фигуре в целом. У де Молфетта, хотел ли он того или не хотел, высмеяна сама Дева Мария. Смешно поклонение статуе в одеянии от кутюр, но исподволь нас приучают, что смешно поклонение вообще…