Category: дети

Сайт КУЛЬТУРОЛОГ приглашает читателей и авторов

Мы будем рады, если Вы посетите наш сайт http://culturolog.ru/, посвященный культуре как таковой и современной культуре в частности.

Ждём Ваших материалов (новости и статьи по тематике сайта). Присылайте их на kulturolog@narod.ru .

МИССИЯ КУЛЬТУРОЛОГА


Мы видим своей задачей организацию пространства, в котором явления культуры учитываются, оцениваются и анализируются. Систему координат для этой деятельности призвана дать картина мира, основанная на традиционных ценностях. Эту картину ещё предстоит местами дорисовать, так как многое из того, что происходит вокруг нас, с традиционными ценностями ещё никогда не соотносилось или соотносилось неправильно.

Существенное значение имеет критика современной культуры. Однако по-настоящему главное – это не выявление и оценка недолжного, хотя без этого не обойтись, а обнаружение, поддержка и пропаганда актуальных реализаций традиционных ценностей – всего того, что является доброкачественным наследованием нашей богатой и высокой культурной истории. К сожалению, в мутном потоке современных нам культурных событий порой так сложно разглядеть подлинно прекрасное и действительно чистое. А оно есть. И именно оно задаёт необходимую планку этического и эстетического мироощущения человека, без чего человек теряет человеческое достоинство и превращается в животное, и даже хуже того. У животного - здоровые инстинкты, а у забывшего о высоком человеке инстинкты искажены его концентрацией на инстинктах, то есть извращены.

Мы хотим, чтобы вокруг «Культуролога» сформировалось сообщество людей, которых заботит судьба нашей культуры. Чтобы корпус текстов «Культуролога» представлял собой серьёзную научную, культурную и общественно значимую величину. Чтобы на «Культурологе» собирались новости о событиях, поддерживающих добрые традиции и задающих доброкачественный культурный контекст.


Православная литература

Актуальная культура

Автор Андрей Карпов

КУЛЬТУРНЫЕ ОТЛОЖЕНИЯ

Подобно тому, как река со слабыми течением может заилиться, так и культура всегда рискует потеряться среди своих "отложений".

Богатое наследство и плотная связь с прошлым, с одной стороны, питают культуру, насыщают её смыслами, повышают устойчивость семантического контура. Но, как всегда, есть и оборотная сторона. Не все смыслы, которые мы привыкли считать своими,  действительно являются актуальными смыслами. От поколения к поколению жизнь меняется. Что-то становится важным и выходит на первый план. Что-то, наоборот, теряет прежнюю значимость. Одни семантические связи становятся регулярными, другие полностью выпадают из повседневного употребления. Культура ничего не забывает, но востребованными является лишь часть её смыслов. Именно они образуют актуальную культуру, прочие же смыслы это культурные "отложения". И они когда-то тоже принадлежали к контурам актуальной культуры, но потом выпали из повседневности, стали архивными смыслами к которым можно обратиться, специально побудив себя к этому, но регулярные и типичные действия их больше никак не затрагивают.

Смыслы, выпавшие в осадок, вдохновляют создание музейных экспозиций. Экспонаты краеведческих музеев, как правило, являются носителями как раз таких смыслов. Людям эти экспонаты интересны именно потому, что они передают черты ушедшего быта, создают атмосферу, которой уже нет. А что такое атмосфера? Это ощущение, возникающее при контакте с определённым смысловым контуром, с некой системой смыслов.

Культурный осадок часто маркируется такими понятиями как этнографическое и фольклорное.

Фольклор в прямом смысле слова это народное творчество. Пока культура жива, в ней обязательно присутствует творчество, в том числе и безымянное. Это даже можно считать показателем здоровья культуры. Если какие-то её элементы распространяются быстрее, чем сведения об их авторах, значит, культурообразующие процессы достаточно активны, культура находится в фазе развития. Поэтому какая-то часть фольклора относится к актуальной культуре (если бы вдруг такая часть не нашлась, пришлось бы признать, что культура умирает).

Проще всего обнаружить фольклорную составляющую живой культуры в детской среде. Детский фольклор одновременно и устойчив (долго сохраняет свои элементы в употреблении, не давая им выпасть в осадок), и активно развивается (зоной развития является, в основном, школа: творчество подросших детей становится более содержательным, однако они ещё не стремятся наложить тавро своего имени на каждое удачное слово). Раньше не менее активным был уличный фольклор. Сегодня неформальных уличных коммуникаций стало меньше, их заменило общение в социальных сетях. Соответственно, место уличного фольклора заняло творчество в интернете, с характерным для этого канала сдвигом в визуализацию (многочисленные мемы, фотожабы, демотиваторы).

Василий Голынский Дети в лесу

Василий Голынский "Дети в лесу", 1890

И всё же первые ассоциации со словом "фольклор" иные: народные песни, танцы, сказки и другие формы устной литературы. В притирку к фольклору стоит понятие этнографического. В строгом смысле этого слова этнография означает науку, изучающую этносы (народы). Греческое γράφω  значит "пишу". Изначально этнография складывалась как описание быта других народов: путешественник видел, что жизнь в разных уголках мира протекает по-разному, и старался зафиксировать эти различия. Сегодня жизнь планеты стремительно унифицируется. Региональные особенности исчезают, различий становится меньше. Современная этнография всё меньше занимается современностью. Основной массив этнографического материала и главный интерес исследователей составляет то, что уходит или уже ушло.

Этот акцент особенно заметен, когда речь идёт о своём народе. Этнография бережно собирает и хранит частички культурного прошлого. Но описание культуры и архивация её элементов помочь сохранить культуру не могут. Когда мы чувствуем, что теряем какую-то часть культуры, мы пытаемся её законсервировать, включив специально созданные для этого механизмы – научные, финансовые и административные. Проводятся исследования, принимаются программы, в которых говорится о поддержке и развитии, выделяются гранты, организуются фестивали, конкурсы и прочие мероприятия. Но все это – не более, чем действия бригады реаниматоров, пытающейся вернуть к жизни того, кто уже заглянул смерти в глаза.


ЭТНОГРАФИЯ НЕ СОХРАНЯЕТ КУЛЬТУРУ

Этнография и фольклористика подходят к культуре извне, они суть рефлексия по поводу культуры. И в то же время быть вне культуры невозможно. Осмысленность любой деятельности предполагает, что, участвуя в ней, мы задействуем какие-то контуры смыслов. Взирая на культуру извне, мы всё равно находимся внутри культуры, только это – иная культура, не совпадающая с той, что предстоит нашему взору. Если мы изучаем какие-то элементы культуры, это значит, что в нашей жизни они не занимают своего естественного положения.

Это касается не только учёных. Любое прикосновение к этнографическому материалу подчёркивает наше отличие от тех, кто его создавал в повседневности своей жизни. Народные песни пелись во время работы или в часы досуга, сегодня мы идём их слушать в концертный зал, покупая билеты на выступление фольклорного коллектива. А, как говорится, перспективного ребёнка можно отдать на обучение народному пению. Между тем, это – оксюморон: если пению надо учиться у профессионалов, обладающих соответствующим дипломом, то какое же оно народное? Наигрыши с деревенских посиделок сегодня исполняются большим ансамблем или даже оркестром народных инструментов, и чтобы каждому инструменту нашлась партия, композиторы обрабатывают исходную простую мелодию, насыщая партитуры технически сложными вариациями. Всё это и многое подобное называется народной культурой.

Когда речь заходит о сохранении национальных традиций, в первую очередь вспоминают о том, что уже принадлежит этнографии. Но сохранить можно только то, что ещё существует. Как правило, существование традиции у нас интерпретируется неверно. Есть резчики, и сегодня изготавливающие русскую деревянную игрушку. Они занимаются традиционным национальным промыслом. Значит ли это, что традиция жива? Нет. Сделанные современными мастерами кузнец и медведь, поочерёдно ударяющие по наковальне, по-прежнему находят своего покупателя, но сегодня эта нехитрая конструкция приобретается как русский сувенир, а не как детская забава. Некогда она зачаровывала ребёнка тем, что давала возможность простым движением оживить целую композицию. Ныне же подобный эффект достигается  с помощью электроники. Радиоуправляемая модель предоставляет ребёнку несравнимо больше возможностей контролировать движение игрушки, что уж говорить  о компьютерных играх или виртуальной реальности. Деревянная игрушка такой конкуренции выдержать не может. Её можно подарить ребёнку, но невозможно побудить современного ребёнка в неё играть.

Русская традиционная игрушка лишена своего исходного смысла, своего традиционного места в культуре. Если она до сих пор и существует, то теперь её существование – вне актуальной культуры. Она – след прошлого, памятный знак, не более того. Актуальная же ситуация определяется теми игрушками, в которые дети действительно играют. Культура сегодняшнего дня, то есть те смыслы, которые реально воспроизводятся, отражаются в том, что сегодня популярно в детской среде: о каких игрушках мечтает ребёнок, на что он копит деньги, что пытается выклянчить у родителей.


АКТУАЛИЗАЦИЯ АРХИВНЫХ СМЫСЛОВ

Именно актуальная культура имеет решающее значение. Будущее народа зависит не от идей, выношенных в тишине кабинетов, а от микроизменений повседневных смыслов в наиболее распространённых семантических контурах. Завтрашний день – это проросшие смыслы текущего дня. Идея, имеющая шансы на воплощение, должна распадаться на множество элементарных смыслов, вдохновляющих простейшие регулярные действия. Если не заботиться о трансформации декларируемой цели в повседневную социальную практику, то результат будет сильно отличаться от ожидаемого, поскольку он будет складываться под воздействием совсем других смыслов: проявляется не то, о чём люди говорят, а то, чем они дышат.

Смыслы, выпавшие в семантический осадок, также могут быть актуализированы. Для чего это нужно? Прежде всего, чтобы не потерять себя в перипетиях истории. Сегодня мы живём в глобальном мире. Люди разных национальностей, из разных культур интенсивно и плотно общаются – так, как ранее никогда не было. Практически каждый худо-бедно, но знает какой-нибудь иностранный язык. Информация и культурные продукты легко преодолевают границы, неся с собой чужеродные смыслы. Свои же, исконные смыслы с течением времени неизбежно утрачивают актуальность. Доля семантического осадка в общем объёме культуры растёт.  Это – естественный процесс, идущий в любой культуре: культуры стареют. Но в наше время ситуация усугубляется ещё и тем, что замещение выпадающих смыслов происходит не за счёт образования новых на основе исконного материала, а за счёт заимствования чужих смыслов, оторвавшихся от своих корней. Семантические контуры не воспроизводятся, а размываются.

Угроза утерять свою идентичность ощущается интуитивно. Когда мир раздвинул свои границы и встреча с элементами чужих культур перестала быть чем-то экстраординарным, – например, появились музеи, представляющие коллекции таких элементов, – как бы в ответ на этот интерес к чужой культуре, возникает интерес и к своему прошлому, к отечественному фольклору, к народным традициям, которые почему-то начинают исчезать прямо на глазах. Да и сами музеи в каком-то смысле можно считать попыткой найти своё место в пространстве и времени. Музей – не столько канал, по которому чужеродные элементы проникают через границу твоей культуры, сколько реакция на всё большую размытость культурных границ. Систематизация элементов чужой культуры, представление их именно в качестве инокультурного, чужого позволяет хоть как-то увидеть себя, определить свою сущность через отрицание того, что тобой не является.

Любой архивный смысл может получить новую жизнь. Реставрацией это возвращение назвать нельзя, поскольку общий контекст изменился, и прежний смысл теперь будет встроен в новые семантические контуры. По большому счёту речь идёт о создании нового смысла с использованием архивного материала. Однако, поскольку этот материал принадлежит к родной культуре, возможно очень качественное приживление. В случае удачи возникают множественные семантические связи, восстановленный смысл непринуждённо сопрягается со смыслами актуальной культуры и через какое-то время кажется столь же естественным, как и они.

Но само собой это не произойдёт. Пока мы обращаемся со смыслом как с архивным, не выходя рамки интереса к этнографическому материалу, никакого обновления не будет: сколько человек ни придёт в музей, экспонаты так и останутся частью музейной коллекции; как бы ни хлопали на выступлении фольклорного коллектива,  зрелище останется зрелищем – совершенно не важно, что в этот раз на сцене был русский народный хор, а, скажем, не ансамбль африканских барабанщиков или традиционный китайский цирк. Необходимо добиться, что нужный нам элемент культуры был востребован повседневностью, найти ему естественное применение в регулярной практике. Так, например, мода может вернуть в одежду элементы национального стиля. При этом, однако, неизбежен семантический сдвиг: если ранее одежда несла символы, отсылающие, например, к социальному статусу (различие головных уборов девушек и замужних женщин и т.д.), то в современных условиях базовый смысл будет один – самоидентификация себя как русского человека (и региональные особенности, столь значимые прежде, читаться не будут).

Присовокупить "этнографический" элемент к общему набору используемых символов – это самый поверхностный способ обработки архивных смыслов. Он не требует никакого действия, более сложного, чем хранение или ношение. Сегодня широко усвоено освящение личных автомобилей, но это вовсе не означает, что наше общественное сознание является христианским. Даже если мы возьмём нечто, более локальное и простое, нежели вера, но требующее специфической практики, допустим, уже затронутую нами песню, – мы увидим всю сложность возвращения из архива в актуальную культуру.

Ранее пели за работой и за столом. Работали коллективно. Руки заняты, глаза смотрят, что делают руки, а уши свободны. Люди, работая, могли слышать друг друга. Общее дело рождало общие песни. Теперь деятельность каждого работника  специфична. Доля умственного труда возросла. Звуки мешают. Физическая работа в значительной степени механизирована. За гулом механизмов песни не услышишь. И массовость работ теперь не та. Даже полевые работы выполняются, по сути, в одиночку – трактористом, сидящим в кабине своего трактора. Не с кем петь.

Изменился и приём пищи. Семьи стали меньше, родственные связи поддерживаются хуже. За столом собирается меньше людей. Даже люди, живущие под одной крышей, могут не встречаться за трапезой, поскольку каждый живёт по своему графику. Праздники большей частью отмечаются вне дома, это избавляет от большой готовки и мытья посуды.  И за столом больше не поют.

Вообще, если раньше нельзя было услышать песню, если её не споёт кто-нибудь из присутствующих, то теперь такой проблемы нет. Музыка звучит всюду – в профессиональном исполнении, на любой вкус. В любой момент можно услышать то, что тебе хочется. Зачем петь самим?

Лавр Плахов Отдых на сенокосе

Лавр Плахов "Отдых на сенокосе", 1840-е

И вернуть народное исполнение песен в культуру можно, только если придумать ему особое место в повседневности. Это будет новое место. Надо заложить новую традицию, хотя использоваться будет старый этнографический материал. А, по-хорошему, старые песни должны петься лишь поначалу, а подлинное возвращение песенной культуры будет тогда, когда начнут складывать новые песни. Исполнение же народной песни в фольклорных коллективах, независимо от того, сколько людей в них будет вовлечено,  таким возвращением не является.

На сайте: http://culturolog.ru/content/view/3355/6/#9

Культура как знаковое пространство

Автор: Андрей Карпов


ЧЕЛОВЕК ОПРЕДЕЛЯЕТСЯ ЧЕРЕЗ КУЛЬТУРУ

Культура это смысловое (семантическое) пространство. Смысл в самом общем плане это интерпретация бытия. Когда-то Декарт сказал cogito ergo sum  («мыслю, следовательно, существую»). Подлинное бытие определяется самосознанием. Сегодня человечество пытается научить мыслить машины. Возникает вопрос, в чём разница между вычислением и мышлением? Возможен такой ответ: вычисление это серия операций с информацией, а мышление оперирует смыслами, то есть интерпретациями. Не случайно, говоря о компьютерах, мы используем слово "данные". Дано то, что уже наличествует, нечто, что можно взять и использовать. Данные можно получить от периферийных устройств датчиков, регистраторов. Смыслы так получить нельзя. Смыслы создаются поверх данных. Наше сознание берёт информацию и наделяет её каким-то значением. В самой информации этого значения нет.

Красный свет светофора это просто электромагнитное излучение с длиной волны около 700 нанометров. Длину волны можно измерить с помощью прибора. А вот запрет на движение в физические характеристики красного света не входит. Он имеет культурную природу. Это смысл, который люди наложили поверх физической реальности.

Человек существо смыслополагающее. Всё, до чего дотрагиваются наши руки, дотягивается взгляд, простирается разум получает свою интерпретацию и наделяется смыслом. Разумность, с помощью которой мы выделяем себя из прочих живых существ, определяется не вычислительной мощностью, а осознанием собственного бытия, которое есть частный случай интерпретации. Интерпретируя любую данность, мы не можем оставить без интерпретации самих себя, ведь мы себе даны изначально, ещё до получения каких-либо данных извне. Сегодня мы можем уточнить, что "мыслить" в формуле Декарта означает "интерпретировать". Человек присутствует в мире как особая единица сущего благодаря тому, что, прилагая к бытию смыслы, оказывается не совпадающим с ним полностью, открывая возможности наблюдать его и им управлять. Иными словами, человека выделяет наличие культурного измерения: способность создавать культуру и потребность жить в ней. Ни животные, находящиеся с одной стороны от человека, ни компьютеры (и даже суперкомпьютеры), находящиеся  с другой, культуры иметь не могут.

ЗНАКИ И ИХ ПОНИМАНИЕ

Культура произрастает из человека. Психическое развитие ребёнка может быть описано как овладение способностью к интерпретации. Мы начинаем свой путь в этом мире, обладая лишь самой способностью; инструментария, с помощью которого мы могли бы её использовать, у нас нет. Нет, конечно, и каких-либо навыков.

Ребёнок слушает взрослых, перенимает слова, которые они говорят, накапливает словарный запас и грамматические формы. Но что такое слово? За каждым словом стоит смысл, который есть наше представление о предмете, обозначаемом знаком сочетанием звуков или комбинацией букв. Значение слова не вещь (элемент объективной реальности), оно не даётся нам как, скажем, камень, который можно подобрать и сразу использовать. Мы должны уяснить себе значение, а это означает проинтерпретировать.

Иван Горошкин-Скоропудов Мать с ребенком

Иван Горошкин-Скоропудов "Мать с ребенком", 1910-е

Можно быть взрослым человеком и не понимать (или неправильно понимать) значения некоторых слов. Абсолютное непонимание встречается очень редко: незнание какого-то слова (обычно иноязычного термина) явно мешает и заставляет нас лезть в словарь. Но если встретившаяся нам словоформа  состоит из знакомых морфологических элементов, рождает какие-то ассоциации, мы в словарь не полезем, а определим для себя значение  на основании контекста фразы или бытовой ситуации. При этом легко ошибиться. Но нас ожидает ещё много фраз и ситуаций, и в каждом случае новый контекст даёт нам возможность уточнить значение слова.

Значения большинства слов уяснены нами именно таким образом через контексты их употребления. Это результат нашей внутренней работы, то есть результат интерпретации. Даже если мы заглядываем в словарь, мы должны понять, что в нём написано, то есть проинтерпретировать слова, которыми в словаре описано наше искомое слово.

Знаки (а слова это разновидность знаков) существуют как бы вне человека. С помощью знаков мы общаемся между собой. Общение создаёт общество; впрочем, справедливо и обратное принадлежность к обществу предполагает необходимость общения. Внутри общества возникает особое, знаковое пространство, которое находится вне субъектов и потому называется интерперсональным. Из него мы берём готовые знаки, в нём распространяются сообщения; в нём же отлагается массив высказываний в виде устного фольклора или зафиксированных на физических носителях текстов.

Знаковое пространство существует независимо от нас, это часть объективной реальности. Но интерпретация знаков,  то, как мы их читаем и понимаем, принадлежит только нам. Какие смыслы мы вкладываем в знаки или видим за ними, определяется нами самостоятельно. Понимание сугубо интимное действие. Мы часто слышим просьбы разъяснить или помочь понять, но не стоит обманываться: мы не можем достоверно знать, какую интерпретацию принял человек, когда он говорит, что понял. В большинстве случаев "я понял" означает, что существовавший конфликт интерпретаций снят: нечто осмыслено, встроено в систему смыслов данного человека. Но эта система находится в его голове. Если бы туда заглянул внешний наблюдатель, он бы, скорее всего, удивился: его понимание будет несколько иным. Системы смыслов у разных людей не совпадают; с этим мы то и дело сталкиваемся в быту, но не всегда отдаём себе отчёт, насколько это тотальная ситуация.

Выставка «Детская площадка»

С 21 июня по 21 июля 2019 г. в галерее «На Каширке» (Москва) будет проходить выставка «Детская площадка», экспозиция которой посвящена детям, их играм и фантазиям.

В залах галереи зрителя встретят живописные образы детского мира. Внимательный зритель узнает по работам художников, чем же наполнена жизнь современных детей и подростков, что волнует их сегодня. В экспозиции представлены работы золотого фонда МСХ и творческое наследие, полотна замечательных художников старшего поколения, преподавателей ведущих художественных вузов и молодых авторов.

Помимо живописи в экспозиции будут представлены произведения декоративно-прикладного искусства, скульптура, игрушки.

Сбор подписей за памятник нерожденным детям

Сайт CitizenGO проводит сбор подписей за установку в Москве памятника нерожденным детям.

Ниже - их обращение:

Почти миллион детей в нашей стране убивают еще до того, как они увидят свет. В 2016 году по данным Госкомстата было совершено 836611 абортов. Это 2292 младенца в день. Почти 100 детей каждый час. Каждые две минуты – три российских ребенка в результате абортов теряют жизнь, так и не родившись… И это только данные официальной статистики, реальные цифры могут быть существенно больше.

Мы должны делать все для того, чтобы общество задумалось об этой страшной проблемой. И важным шагом в сторону этого может стать установка памятника нерожденным детям в Москве. Мировой опыт показывает, что такие монументы могут очень серьезно влиять на сердца и мысли людей, помогать им отказаться от страшного решения совершить аборт.

Памятники нерожденным детям уже существуют во многих странах мира и даже в России. Они установлены в Словакии, Польше, США, Хорватии… Есть подобный памятник и в нашей стране, в Сургуте.

Но установка его именно в Москве имела бы особое, символическое значение. Именно здесь его увидят больше всего наших сограждан и гостей нашей Родины. И многие, быть может, задумаются… кто-то откажется от аборта, а кто-то сделает новые шаги, направленные на борьбу с абортами и их предотвращение.

Пожалуйста, поддержите предложение установить в Москве памятник нерожденным детям, подписав обращение:

http://www.citizengo.org/ru/lf/162241-ustanovite-v-mo..

Детская музыка Д.Б. Кабалевского

Евгений Широков Портрет Д. Кабалевского

Евгений Широков, "Портрет композитора Д. Кабалевского", 1967

В истории детской музыки имя Д.Б. Кабалевского занимает одно из самых почётных мест. Действительно, немного встречается композиторов большого масштаба, для которых детская тема имела бы такое стратегическое значение, присутствовала в творчестве на протяжении всей жизни, выражалась бы как в сочинениях, адресованных детям непосредственно, так и в качестве тематического акцента в произведениях совсем другой направленности. Об этом пишут все исследователи, которые обращаются к изучению его творчества. Тем не менее, тема детства для Д. Кабалевского представляется осмысленной в музыковедении не в полной мере. По словам Л.И. Ройзмана: «Мы мало думаем о музыке для детей. Если же видный композитор уделяет ей внимание, наша критика часто недооценивает работы такого рода и проходит мимо них» [1, с.119]. В связи с этим, целесообразно обратиться к детским сочинениям Д. Кабалевского ещё раз.

Круг таких опусов очерчен во многих работах. Однако имеет смысл указать важнейшие сочинения и в настоящей статье.

Детская музыка Д. Кабалевского – огромный массив сочинений разных жанров. Здесь несколько десятков песен, среди которых много шлягеров, сохраняющихся до сих пор в живой практике детского музицирования: «Школьные годы» (сл. Е. Долматовского), «Наш край» (сл. А. Пришельца), «Артековский вальс» (сл. В. Викторова), «Песня дружных ребят» (сл, Ц. Солодаря) и другие. Множество инструментальных пьес, в т.ч. фортепианные сборники «Из пионерской жизни», «30 детских пьес», «24 лёгкие пьесы», «В пионерском лагере», «35 лёгких пьес», две сонатины, несколько вариационных циклов; пьесы для скрипки и фортепиано, мажоро-минорные этюды для виолончели. В наследии композитора есть также сочинения для детского хора, среди которых присутствуют как миниатюры, циклы миниатюр, так и крупные сочинения с участием оркестра: музыкальное представление «Парад молодости», кантаты «Песня утра весны и мира», «Ленинцы», «О родной земле». Необходимо назвать собственно оркестровые опусы: «Фанфары ИСМЕ», Концерты для фортепиано с оркестром №3 и №4, Концерт для скрипки с оркестром, Концерт для виолончели с оркестром №1, Рапсодию на тему песни «Школьные годы» для фортепиано с оркестром. Следует упомянуть присутствие детской темы и детского хора в самом масштабном сочинении композитора – «Реквиеме» на стихи Р. Рождественского. В той или иной степени, детские образы нашли место в операх «Семья Тараса», «Сёстры», оперетте «Весна поёт», в киномузыке...

Естественно возникает вопрос: почему такой значительный композитор, каким является Д. Кабалевский, создавший много «взрослых» произведений, признанных выдающимися в контексте своего времени (вспомним оперы «Кола Брюньон», «Никита Вершинин», 4-ю симфонию, 2-й виолончельный концерт, 2-й струнный квартет и другие), столько сил и времени уделяет теме, которая присутствует у очень многих великих мастеров прошлого и современности, но всегда как линия оттеняющая, вспомогательная, возникающая как интермеццо творческого процесса.

Полный текст статьи:

http://culturolog.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=2405&Itemid=11

Родители пишут Президенту РФ - есть ли в действительности поддержка многодетным семьям или нет?

ОТКРЫТОЕ ОБРАЩЕНИЕ РОДИТЕЛЕЙ

ПРЕЗИДЕНТУ РОССИИ

103132, Москва,

ул. Ильинка, 23, подъезд 11

Интернет-приемная:

http://обращения.президент.рф

Уважаемый Владимир Владимирович!

От имени родительской общественности обращаемся к Вам о наведении порядка в выполнении Указов Президента России в каждом регионе Российской Федерации.

Родители возмущены тем, что в отношении их детей, как будущих граждан России, ряд положений регионального законодательства, регламентирующего вопросы социальной поддержки многодетных семей, не выполняется или противоречит федеральному законодательству.

Так Указом Президента Российской Федерации от 5 мая 1992 года N 431 «О мерах по социальной поддержке многодетных семей», предусмотрено бесплатное питание (завтраки и обеды) и бесплатное обеспечение школьной и спортивной формой, а также обувью повседневной и спортивной, для детей из многодетных семей. Этим же Указом, а также иными нормативно-правовыми актами федерального и регионального уровня предусмотрено предоставление земельных участков однократно бесплатно в собственность многодетным семьям в первоочередном порядке.

Родители регионов России возмущены и обеспокоены тем, что на практике указанные положения не реализуются или реализуются не в полном объёме.

В субъектах Российской Федерации (Свердловской, Ярославской и других областях) родителямне компенсируется приобретение школьной и спортивной формы, в школах бесплатными являются только завтраки, ну а предоставление земельных участков осуществляется настолько медленно, что срок ожидания в очереди может составить несколько десятков лет.

Мы считаем, что областное и местное законодательство не в полной мере соответствует федеральному.

Также для Родителей является вполне очевидным, что отдельные положения действующего законодательства, умышленно или по нерадению, исполняются очень медленно, что фактически приводит к срыву исполнения инициатив Президента РФ, декларированных в Указе Президента Российской Федерации от 5 мая 1992 года № 431 «О мерах по социальной поддержке многодетных семей».

В субъектах Российской Федерации местное законодательство, в отличие от Указа Президента РФ №431, не содержит положений о бесплатном обеспечение школьной и спортивной формой обучающихся детей из многодетных семей.

А поскольку в региональных нормативных документах не прописано, что дети должны бесплатно обеспечиваться именно и завтраками и обедами, на практике бесплатными являются только завтраки, за которые порой требуют доплачивать, а за обеды заставляют платить родителей в полном объеме из бюджета семьи.

Вопросы предоставления многодетным семьям земельных участков в первоочередном порядке, порой просто не решаются, либо сроки получения земли могут составить до 100 лет и выше(!)(г. Екатеринбург).

Родители России считают, что в субъектах Российской Федерации не в полной мере реализуются принцип вертикали власти и исполнение обязательств Российской Федерации перед своими гражданами, граничащий порой с откровенным саботажем со стороны местных властей.

Политика Российской Федерации как социального государства направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека; в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты; материнство и детство, семья находятся под защитой государства;мужчины и женщины имеют равные права и свободы и равные возможности для их реализации(статья 7, часть 3 статьи 19, часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации).

Приведенным положениям Конституции Российской Федерации, обусловливающим необходимость обеспечения на основе общепринятых в социальных государствах стандартов родителям и другим лицам, воспитывающим детей, возможности достойно выполнять соответствующие социальные функции, корреспондируют требования Конвенции о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 года), которая исходя из принципа приоритета интересов и благосостояния детей во всех сферах жизни обязывает подписавшие ее государства принимать все законодательные и административные меры для того, чтобы обеспечить детей необходимой для их благополучия защитой и заботой, принимая во внимание права и обязанности родителей, опекунов и других лиц, несущих за них ответственность по закону (пункт 2 статьи 3 Конвенции).

Также Родительская общественность России уверена, что Указом Президента РФ установлены меры социальной поддержки многодетных семей, и отсутствие порядка и условий возмещения расходов на осуществление этих мер не является основанием для отказа в их предоставлении.

Родители считают, что необходимо в кратчайшие сроки решить ряд вопросов финансового, организационного и правового характера, что должно привести к реальному решению задачи по обеспечению многодетных семей земельными участками.

Владимир Владимирович обращаемся к Вам, как Президенту России, что в регионах Российской Федерации действия, или точнее бездействия, чиновников на местах, фактически сводят на «нет», или попросту говоря, выявляют откровенный саботаж выполнения Указа Президента России. И просим решить главный вопрос исполнительской дисциплины всей вертикали власти в России, который получается, не может быть решён без Вашего прямого вмешательства.

Иллюстрацией саботажа могут служить ответы местных чиновников по сути выражающихся фразой: «обеспечение бесплатной формой детей из многодетных семей Указом Президента РФ конечно предусмотрено, но вы ничего не получите, поскольку нет соответствующего местного закона».

Или местные чиновники самочинно принимают решение об уменьшении питания детей, предлагая им выбирать: или завтраки или обеды, да еще и заставляя родителей доплачивать, чтоб питание отвечала необходимым требованиям.

Также не выдерживает никакой критики и мотивировка по вопросу обеспечения школьной и спортивной формой. В некоторых региона как достижение подается, что будет профинансировано предоставление одного комплекта одежды на сумму 2 000 руб.

Но в Указе Президента России говорится о бесплатном обеспечении школьной формой либо заменяющим ее комплектом одежды для посещения школьных занятий, а также спортивной формой (то есть двух комплектов одежды). А чиновники не указывают, где на территории России, за 2000 рублей(!) возможно, приобрести отвечающую всем требованиям детского возраста школьную и спортивную одежду.

Относительно бесплатного предоставления многодетным семьям земельных участков, региональные власти лишь указывают на наличие проблем в связи с отсутствием необходимых денежных средств на разработку градостроительной документации и строительство инженерной инфраструктуры. Но ведь это является общероссийским известным фактом, и Родители не для того ставят данный вопрос, чтобы в ответ услышать такой ответ.

Родительская общественность возмущена, что не предпринимается каких-либо ощутимых мер для того, чтобы исправить ситуацию в вопросе выделения земель многодетным семьям в регионах.

За последние десятилетие принято много нормативных актов и документом, которые позволили преодолеть рубеж рождаемости над смертностью. Необходимо и в дальнейшем сохранять эту положительную динамику в демографии. Объективные обстоятельства диктуют принятие нового Указа Президента России взамен Указа № 431.

Новый Указ должен содержать положения об обеспечении завтраками и обедами, одеждой и обувью детей из многодетных семей, и предоставление земли этим семьям без привязки к какой-либо социальной категории (малообеспеченная и т.п.), по тем же критериям, как выдается материнский капитал, сдвинувший демографическую ситуацию в положительную сторону.

Поэтому мы – Родители, обращаясь к Вам, Владимир Владимирович, к гаранту Конституции России, просим:

1.​ обеспечить выполнение Указов Президента России, касающихся мер по социальной поддержке многодетных семей в полном объеме, во всех субъектах Российской Федерации под вашим личным контролем;

2.​ превратить получение земельного участка из несбыточной мечты в реальность, путем ускорения процесса реализации права многодетных семей на предоставление земельных участков, для этого предусмотреть финансовые источники выполнения мероприятий по формированию земельных участков и обеспечению их необходимой инженерной инфраструктурой;

3.​ если есть необходимость издание новых Указов Президента России, касающихся мер по социальной поддержке многодетных семей, то сделать это в ближайшее время и в полном объеме.

Отечественное сельское хозяйство подсаживается "на иглу" импорта генно-модифицированных семян

На конференции «Агрохолдинги России», прошедшей в Москве 6 декабря 2013 г. была поднята тема ГМО. О ГМО заговорил начальник отдела исследования рынков компании Bunge (одного из крупнейших в мире производителей подсолнечного масла) Олег Суханов.

Оказывается ещё 29 сентября 2013 г. было принято постановление Правительства РФ № 839, которым в России разрешается сеять генно-модифицированные зерновые. Решение вступает в силу с 1 июля 2014 г.  Сначала генно-модифицированные семена надо будет зарегистрировать, поэтому первого сбора генно-модифицированной сельхозпродукции можно ожидать с 2016 и 2017 года.

Регистрация ГМО отнесена к ведению нескольких ведомств: Минздрав займется теми, что используются для изготовления лекарств, Росздравнадзор — медицинских изделий, Роспотребнадзор — продуктов питания, Россельхознадзор — кормов для животных. Готовые свидетельства будут вносить в специальный реестр ГМО и продукции, полученной с их использованием, — его будет вести Минздрав.

Дети кукурузы
   Дмитрий Васильев  "Дети кукурузы", 2008
Прежде всего, следует ожидать использование ГМО в выращивании таких культур как соя, кукуруза и сахарная свекла. ГМО позволяет получать более высокие урожаи, менее подверженные болезням и вредителям.

Генно-модифицированные семена в основном будут завозиться из-за рубежа. Следует ожидать, что основными поставщиками станут Syngenta, Monsanto, KWS и Pioneer.

В настоящее время ГМО в России можно выращивать только на опытных участках, разрешен ввоз некоторых сортов кукурузы, картофеля, сои, риса и сахарной свеклы (всего 22 линии растений). Однако крупные агрохолдинги и сегодня иногда засевали площади кормовыми генно-модифицированными культурами – для своего скота. С новым же постановлением Правительства открывается простор для рыночных действий.

Официально заявляется, что фактов, свидетельствующих о вреде ГМО, не выявлено. Но на самом глубоком семантическом уровне мы знаем: вмешательство в природу не может обойтись без последствий. То, что мы эти последствия пока не обнаружили, ещё не значит, что их действительно нет.

Есть и другой момент.  Из генно-модифицированных семян можно получить урожай, но семена для посева получить нельзя. Это означает, что наши сельхозпроизводители будут вынуждены всё время закупать семена за рубежом. Возникает продуктовая зависимость и угроза нашей продуктовой безопасности.

Сдача позиций по ГМО ожидаема (в какой-то степени она есть следствие нашего вступления в ВТО), но это – очередной знак нашей экономической зависимости от Запада, знак деградации России как цивилизационной системы.

http://culturolog.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=1857&Itemid=20

Проект Улицкой "Другой, другие, о других" - яд, который адресован детям

Писательница Людмила Улицкая отрабатывает социальный заказ по воспитанию толерантности. Под её именем (покровительством и, вероятно, редакцией) с 2006 года выходит серия "Другой, другие, о других". Задумано 16 книг, 14 из них уже изданы. Называются они вместе "Детский проект Людмилы Улицкой". Задача проекта "воспитание толерантности и терпимости к людям других национальностей, к чужим культурам и обычаям. Книги посвящены различным составляющим жизни человека: семье, религии, кухне, моде. Главная их задача – показать ребенку, насколько разнообразен мир, и научить принимать его во всей полноте."

«В основе агрессивного неприятия лежит страх перед другими, чужими, непонятными людьми, - говорит Людмила Евгеньевна Улицкая. – А мне не хотелось бы, чтобы страх овладел миром. Изменить ситуацию может только глубокое изменение сознания. Хочется сделать хоть что-то. Хоть на каплю изменить эту удручающую атмосферу» (Источник)

Итак, вроде, борются со страхами. В качестве метода борьбы предлагается культурный винегрет. Не случайно в цитате через запятую дается религия, семья, кухня и мода. В глазах сторонников "проекта" это всё - равновеликие вещи. Внутри книг присутствует подобная каша - говорится по чуть-чуть обо всём, с концентрацией на "интересненьком", при это книги ведь для детей - поэтому текст коротенький, общий культурный контекст теряется. Культурный супермаркет - всё на прилавке, выбирая, что нравится. С одной стороны, наш нормальный ребенок ещё многое воспринимает как диковинку, на которую дивиться можно, а пользоваться нельзя, но и то подобный подход посетителя кунсткамеры работает не всегда. Когда гадалка рассматривается как представительница профессии, а колдун называется уважаемым человеком, это поневоле запоминается и может оказаться востребованным... Но страшнее другое - наши отечественные, христианские ценности попадают в тот же культурный магазин. И вот крещение рассматривается как один из обрядов социализации, а библейская история сотворения мира попадает в один ряд с различными её отражениями в мифах разных народов. Одни верят в то, другие в другое... Всё равноположено и едино... Мультикультурализм в действии.

Но "прогрессивность" проекта Улицкой этим не исчерпывается. В него входят и такие книжки:
"Я не виноват" - Как надо воспитывать ребенка
"ВИЧ и СПИД: что с этим делать"
и "Семья у нас и у других",

Про последнюю прямо в аннотации сказано: "Семья – сколько человек в ней бывает? Нуклеарная и расширенная семья, полная и неполная, матери-одиночки и отцы-одиночки, полигамная семья, патриархат и матриархат – такими разными могут быть семьи у нас и в других странах. Освещен вопрос однополых браков." Подробнее об этой книжке говорится здесь: http://annatubten.livejournal.com/298507.html

На сайте областной библиотеки Ростовской области о книгах проекта написано с доброй грустью:

Книги проекта не простые. И чтобы они были приняты и поняты юными читателями, нужна большая работа библиотекарей, родителей и педагогов.

Людмила Евгеньевна Улицкая мечтает о том, чтобы книги её проекта стали семейным чтением.

«Наш проект не очень-то продвигается, - сокрушается она, - так как он такого рода, что надо к нему прикладывать усилия, чтобы он дошел до ребят. Здесь нужна помощь и педагогов, и библиотекарей, и родителей».


И библиотекари спешат на помощь. При Всероссийской государственной библиотеке иностранной литературы им. Рудомино (Москва)  действует "Институт толерантности", чаяниями которого в 9 культурных учреждениях страны  (это 3 учебных заведения и 6 библиотек) открыты Центры толерантности, в которых книги Детского проекта настоятельно рекомендуются читателям.

Но Улицкой хотелось бы протащить толерантность и в школы. Фонд "Пушкинская библиотека" уже издал методические рекомендации по работе с книгами этой серии, в том числе и книгой "Семья у нас и у других". Проникновения этих книг в школу просто необходимо избежать. С этой целью в интернете сейчас проводится сбор подписей

Например, здесь и здесь Голосуем, а то протащат!

Ювенальная юстиция в Испании

Виктор Черецкий

История, случившаяся недавно в Мадриде, попала на страницы печати. Некий отец семейства получил год тюрьмы за то, что дал подзатыльник своей 15-летней дочери. Та потребовала у отца 500 евро на покупку нового мобильного телефона. Получив отказ, она устроила истерику, запустила вазой в зеркало, разбив то и другое, а после легкой отцовской оплеухи обиделась и отправилась в полицию. Мужчина был немедленно арестован, а затем приговорен к году тюрьмы – за “жестокое обращение с несовершеннолетней”. Впрочем, он мог бы и не заниматься рукоприкладством, а назвать свою дочь каким-нибудь нелестным для нее словом – и получить аналогичный срок.

Теоретически поводом для ареста может послужить даже сделанное ребенку замечание, скажем, за плохие оценки в школе или неприбранную комнату. Ведь испанское законодательство относит словесные оскорбления и замечания в адрес несовершеннолетних к категории “жестокого обращения” и предусматривает за них тюремный срок. Говорит мадридский судья по делам несовершеннолетних Хайме Тапья:“Наш закон о защите детей и подростков является одним из самых прогрессивных в мире. Он предусматривает радикальные меры в отношении тех, кто нарушает права ребенка, применяя насилие как форму воспитания. Речь идет о законе, способном полностью защитить несовершеннолетних”.

Такое положение в Испании существовало не всегда. До недавнего времени наказывали лишь тех, кто систематически и действительно жестоко обращался с детьми. Правда, для осуждения родителей или воспитателей-садистов одной лишь жалобы несовершеннолетних было недостаточно – требовались реальные доказательства, медицинские справки о побоях, свидетельства очевидцев и так далее. Вместе с тем испанское законодательство предусматривало (в статьях 154 и 268 Гражданского кодекса) право родителей на “физическое воздействие”, правда, “ограниченное и лишь в необходимом объеме – в качестве исправительной меры”.

Подобное положение лишь отражало реальность. В Испании, по статистике, 59% родителей применяют ремень и оплеухи регулярно, еще 20% – время от времени. Проведенный на эту тему опрос общественного мнения показал: больше половины испанцев считают, что в деле воспитания без наказаний обойтись никак нельзя. С подобным мнением не согласны, в частности,  испанские социалисты, которые находились у власти до недавнего времени. При них в 2007 году был принят новый Закон об охране детей и инициировано появление в Уголовном кодексе 153-й статьи, которая предусматривает тюремное наказание за “физическое или психологическое воздействие” на несовершеннолетнего. Однако границы “воздействия” четко не определены, что и приводит к трагикомическим случаям вроде описанного выше.

Новые положения законодательства были восприняты с юмором многими юристами. Говорит судья по делам несовершеннолетних из Гранады Эмилио Калатайуд: “Мы довели дело воспитания до абсурда – любой отцовский подзатыльник расценивается как акт насилия по отношению к несовершеннолетнему. Наши законодатели обязали нас воспитывать детей, не оказывая на них ни малейшего давления. На практике это нереально. Получается, что если я дал сыну подзатыльник, то значит, нарушил положение о “физической неприкосновенности” ребенка, а если ответил на какое-то его желание словом “нет”, то нанес ему “непоправимую психологическую травму”. Скажите, пожалуйста, как можно воспитать ребенка, никогда не говоря ему “нет”? Ну а если я хочу наказать своего отпрыска, лишив его за плохое поведение возможности прогуляться? Ответом мне  может быть тюрьма. Ведь я нарушаю ”право на свободу передвижения” и тем самым также наношу ему психологическую травму. И он имеет право  написать на меня заявление в прокуратуру. Таким образом, несовершеннолетние  рассматриваются нашим законодательством как нечто неприкосновенное: им может нанести “травму” любое родительское слово. Ну, а родители поставлены в абсолютно бесправное положение”.

После принятия нового законодательства в школьные программы был тут же включен специальный курс, объясняющий детям и подросткам их права. Закон гласит, что все несовершеннолетние в Испании обладают следующими правами: правом на защиту достоинства и чести, на возможность хранить личные тайны, создавать  собственный образ, то есть стричься, одеваться, носить украшения и делать татуировки по своему усмотрению. Они имеют право на невмешательство посторонних, включая родителей, в свое “жизненное пространство”, к примеру, свою комнату, на тайну переписки и любое иное общение, на поиск, в том числе по интернету, и использование информации, на выбор любой идеологии, на свободу совести и выбор веры. Несовершеннолетние девушки имеют право на аборт без предварительного уведомления родителей. Испанские дети и подростки вправе участвовать в общественной и культурной жизни, у них есть право вступать в общественные организации, допускающие такое членство, право участвовать в митингах и манифестациях и свободно  выражать свои мысли. Любой несовершеннолетний должен быть выслушан как в семье, так и в государственных учреждениях. Чтобы гарантировать свои права, несовершеннолетний имеет право требовать помощи, включая постоянную опеку со стороны компетентных государственных  учреждений, обращаться в органы прокурорского надзора, если считает, что его права урезаются. А в случае необходимости он может пожаловаться и омбудсмену.

Школьный курс о правах несовершеннолетних однозначно дает понять, что в доносительстве на родителей нет ничего зазорного. Результаты налицо: жертвами нового законодательства становятся родители, либо принципиально не пожелавшие смириться с его положениями, либо просто не знающие о его существовании. Характерно, однако, что за годы его действия новый закон об охране детей так и не привел к исчезновению оплеух в семьях. Не исчезли и случаи, к счастью, немногочисленные, действительно жестокого обращения с детьми и подростками. Дело в том, что дети, систематически подвергающиеся подобному обращению, как правило, бывают запуганными и не решаются пожаловаться кому-либо на свое положение.

Внедрение закона о правах детей сопровождалось советами, которые давали родителям правительственные эксперты в области педагогики и психологии: в случае возникновения любого конфликта с детьми, ввиду запрета на физическое и психологическое давление, прибегать лишь к диалогу. Судья Эмилио Калатайуд критикует подобные рекомендации: “Некоторые психологи и социологи – разумеется, не все – стали проповедовать новый подход к воспитанию: следует вести постоянный диалог, аргументировать, приводить доказательства своей правоты. Надо быть другом своих детей. В результате подобных советов, внедренных на практике, мы перестали быть родителями, но не стали и друзьями своих детей, а превратились в их рабов”.

Сторонники нового закона советуют в случае неудачного “переговорного процесса” с детьми тоже прибегать к сугубо легальному пути, то есть обращаться в полицию. Таким образом, фактически на государство, а не родителей, переносится большая часть ответственности за воспитание детей. Кстати, пока родители, уличенные в не соответствующем закону обращении с детьми, находятся под следствием, судом или отбывают наказание, сами отпрыски, с целью “оградить их от зла”, направляются в специализированные государственные учреждения.

Новые правила поведения распространились не только на семью, но и на школу. По существующему законодательству, замечание со стороны учителя может, как и родительские нравоучения, психологически травмировать подростка. Поэтому из школы теперь не всегда выгоняют даже злостных нарушителей дисциплины или прогульщиков. Если преподаватель время от времени пытается навести дисциплину в классе, он подвергает себя риску увольнения – в случае жалобы со стороны учеников. Как отмечает психолог, преподаватель университета города Аликанте Мария Соледад Торрегроса, “раньше у школьного учителя имелась возможность устанавливать дисциплину и порядок в классе. Теперь все это в прошлом. Отныне в классе задают тон ученики, причем, как правило, самые недисциплинированные. Они грозят и оскорбляют учителей, нередко избивают их. Испанский учитель бесправен. Он не может как-то воздействовать на детей и подростков ни в школе, ни тем более за ее пределами”.  

По статистике, опубликованной в июне этого года, избиениям со стороны учеников подвергаются примерно 20% испанских учителей государственных школ, 60% слышат в свой адрес угрозы и оскорбления. Нападения на учителей и драки между самими учениками возникают и на уроках, и на переменах. Хулиганов порой может остановить лишь полиция. Говорит директор одной из школ Аликанте Томас Перес: “Ввиду необходимости упредить неадекватное поведение учащихся у нас есть договоренность с полицией о том, что во время занятий и особенно перемен у учебного заведения постоянно находятся две патрульные машины. Само их присутствие останавливает нежелательные действия учащихся. Ну а если что-либо случается, то полиция тут же реагирует”.

В результате выпускники испанских школ показывают самый низкий уровень знаний по сравнению со своими сверстниками из стран Евросоюза: многие читают по складам, считают лишь с помощью калькулятора, не могут назвать даже пару европейских стран. Подобный уровень общих знаний зачастую не позволяет им получить квалифицированную рабочую специальность и найти работу. К тому же в стране распространился феномен сознательного “ничегонеделания” – пресса называет таких молодых людей “поколением ни-ни”. К ним, по данным испанской газеты El Mundo, относится 23,8% процента испанских юношей и девушек в возрасте от 18 до 24 лет: они не работают, не учатся и не участвуют в каких-либо программах профессионального обучения или переквалификации. Это тоже своеобразный рекорд Евросоюза: к примеру, в Германии таких молодых людей менее 10%.

Cитуация вокруг молодежи стала тормозом для развития страны: при молодежной безработице в 57% ощущается острая нехватка квалифицированных молодых рабочих. Нынешнее правительство либеральной Народной партии разработало проект школьной реформы, которая предусматривает введение дополнительных экзаменов и общее усиление требовательности к ученикам. Оппозиция блокирует реформу, организуя уличные протесты, и грозит в случае принятия отменить все ее положения, как только вернется к власти. Причина – реформа якобы ограничивает права и свободы молодежи.

Несмотря на ожесточенность испанских политических споров о молодежной политике, вопрос о том, где проходит разумная граница между правами родителей и детей, так и остается пока неразрешенным.

Источник: Радио Свобода