Андрей Карпов (kulturolog_ia) wrote,
Андрей Карпов
kulturolog_ia

Личность в науке и богословии

Автор М.В. Гуреев, к. филос. н., доцент

Картина Святой Павел  художник Этьен Парросель, называемый Римский 

Этьен Парросель, "Святой Павел", 1770

          Личностный фактор является одним из ключевых моментов в контексте научного исследования и богословского рассуждения. От личностных интеллектуальных, моральных и психологических качеств исследователя или проповедника зависят связность излагаемой им научной, научно-философской или религиозной концепции, ее аргументированность, правомерность, практичность и гуманность. Порою в развитие научных и богословских практик отдельно взятые исторические личности (например, М.В. Ломоносов, Д.И. Менделеев, В.С. Соловьев) вносят вклад более весомый и ощутимый, нежели десятки их предшественников и последователей.

          Можно поспорить на тему того, являются ли великие личности человеческой истории людьми, которые всегда и во всём зависят только от себя и своих способностей, либо они представляют собой всего лишь трансляторов высших идей, Высшего Разума, либо истина кроется где-то посередине, между первой и второй точками зрения, однако влияние данных персон на историю бесспорно. Даже если у первооткрывателя, пионера в какой-либо отрасли научного знания есть ученики, они, как правило, лишь развивают или интерпретируют то, что было начато их учителем, двигаются по инерции уже открытой мысли. Первотолчком же к рождению новой научной теории либо религиозного учения служит, чаще всего, отдельно взятый человек - тот, кто первым озвучил вслух то, что бессознательно витало в умах миллионов людей, но никак не могло прородиться на Свет Божий.

          Одним из важных факторов рождения нового научного открытия являются также социокультурные условия, в которых живет и трудится конкретный талантливый исследователь. Сейчас ни для кого не секрет, что изобретение в Советском Союзе водородной бомбы, ядерного оружия было отчасти и плодом репрессивного государственного давления на группу ученых, а не только проявлением их творческого гения. Также и в богословском рассуждении: история знает немало примеров, когда, вследствие расхождений с официальными догматами и отцами церкви, отдельные способные и мыслящие представители православной религии уходили «на сторону», образовывали свои собственные храмы и поселения, чтобы продолжать свое искреннее служение Богу. Таким образом, сильные, с научной точки зрения, обоснованные концепции и учения вырабатываются либо теоретиками и практиками под воздействием определенного идеологического заказа, либо сильными личностями, которые способны идти против течения.     

          Моральный аспект корреляции между личностным фактором и научно-религиозными достижениями неизменно апеллирует к вопросу: «Совместимы ли гений и злодейство?». Каждые эпоха и страна дают свой ответ на эту дилемму. В одних случаях, как гласит молва, «одна дурная овца всё стадо портит», в других - наоборот, один великий ученый либо проповедник способен вдохновить на позитивные свершения тысячи других людей. Ответ пытаются дать мыслители еще, как минимум, со времен античности - Платон, например, был уверен в том, что «как Солнце есть причина зрения, а также и причина происхождения предметов зрения, точно так и Добро есть причина знания и причина существования всего, что служит предметом знания. И как само Солнце не есть ни зрение, ни предмет зрения, но возвышается над тем и над другим, так и Добро не есть ни знание, ни предмет знания, но выше того и другого; знание и его предмет сами по себе не есть Добро, но являются его неотъемлемой частью». «Что есть истина?», - другой, не менее важный вопрос, к которому на протяжении своей жизни обращается каждый из нас. Насколько адекватно состыковываются субъективный и объективный критерии познания научной и религиозной истины? Всегда ли следует принимать на веру то, что проповедует отдельно взятая, уверенная в своей правоте личность? Эти вопросы нередко так и остаются открытыми...

          В структуре научного познания выделяются субъект и объект познания, и необходимо чувствовать тонкую грань между первым и вторым, поскольку возможны некоторые искажения ввиду того, что, как писал еще И. Кант в XVIII веке, к природе (читай - сущности) познаваемого объекта может примешиваться природа познающего субъекта. В связи с этим необходимо четко разграничивать научную, объективную истину, которая будет полезна для всех, и истину, которая помогает жить отдельно взятому человеку. Если брать национальный аспект тематики, то разумеется, «что русскому хорошо - то немцу смерть»; однако, истинное знание дробится еще больше - вплоть до отдельных личностей, живущих в лоне одного социума и одной культуры. Тем не менее, существует определенная диалектика между двумя видами истинного знания - субъективного и объективного; они не изолированы друг от друга, но взаимосвязаны. «Золотая середина», провозглашавшаяся Аристотелем критерием практичности, уместна и здесь.    

Читать статью полностью>>>
Tags: Наука, Религия и атеизм, Человек
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments