Андрей Карпов (kulturolog_ia) wrote,
Андрей Карпов
kulturolog_ia

Category:

Рок-культура как инструмент инфантилизации сознания

Автор Сергей Дюкин 
Под воздействием рок-культуры возрастная идентичность индивидов перемещается в сторону молодости и юности. Ранняя фаза развития личности как социологическая (не биологическая) величина с помощью рок-культуры задерживается и первым музыкальным направлением, раз перманентно воспроизводится. В этом случае формируется и увеличивается разрыв между хронологическим возрастом, с одной стороны, и социальным возрастом, с другой стороны.
<...>

Большинство музыкантов и их ближайших 3 друзей, попавших в поле нашего внимания, вне зависимости от своего возраста, предпочитают проводить свое время, окунаясь в юношеско-подростковые виды рекреации. Речь идет о посещении рок-концертов, пермонентном пребывании в барах, кофейнях, компьютерных играх, «тусовках». «Как в 20 лет ходил «тусоваться», так и сейчас стараюсь это делать, когда жена отпускает. Не знаю ничего лучше того, чтобы просто посидеть, поболтать с друзьями о всякой ерунде, в том числе и о музыке», – рассказывает 43-летний музыкант . Близкие мысли озвучивают многие его коллеги, в том числе те, которым более 30 лет. Так, например, зеркальным отражением приведенного признания являются слова 20-летнего музыканта: «В свободное время мы сидим в Redkap и пьем кофе. Ну, обычно еще в свободное время я встречаюсь с друзьями, потому что это единственные люди, которые меня хоть как-то поддерживают, улучшают моё наихудшайшее настроение, делают его ещё более убогим». Музыканты подчеркивают бесцельность собственных действий, их неконструктивность, что и указывает на предельно инфантильный характер подобных практик, их абстрагированность от созидательной деятельности. Важно то, что праздность подается агентами рок-культуры как важная составляющая их идентичности, – не как случайность или девиация.

Инфантилизация, с одной стороны, влечет за собой, а с другой, включает в себя так называемый ролевой мораторий, под которым подразумевается отказ от исполнения множества ролей, обрушивающихся на человека в юношеский период. Эти роли существуют не только в реальности, но и продуцируются искусственным образом в качестве элементов имиджевого набора. Дело в том, что для рок-культуры крайне характерно переживание себя на сцене, подмена действительности имиджевым существованием. Г. Кнабе указывает на данный факт как на одну из главных составляющих внутреннего смысла рок-культуры. В этом случае формируется парадоксальная ситуация, которая заключается в том, что агенты рок-культуры целенаправленно увеличивают собственный ролевой набор, при этом делают отсрочку самой реализации ролей. Подобное положение также может быть охарактеризовано как сугубо инфантильное по своей природе в силу своей абсурдности и иррациональности.

По признанию самих музыкантов локально-регионального уровня (подавляющая часть агентов рок-культуры относится именно к этому типу), в разное время они пытались исполнять различные роли, воспроизводя их на сцене, что оказывало влияние и на реальность. В какой-то степени сам факт музицирования может рассматриваться как часть такой ролевой факультативности. Лидер одной из пермских панк-групп конца 80-х рассказывает о своем приходе в музыку следующее: «Я вообще никакой не музыкант, никогда им не был и не могу им быть по причине отсутствия всяческих способностей, слуха и прочего. Началось все просто с шутки и с желания повеселиться и немного обмануть слушателя. Мы подумали, что хорошо бы сделать такую группу, где все участники не умеют ни на чем играть». В этом случае можно говорить о радикальном ролевом моратории, при котором акторы не просто отказываются от выполнения ролевых обязанностей, но сознательно продуцируют новые роли, выполнение которых заведомо представляется им невозможным. Агенты рок-культуры изобретают и реализуют, таким образом, игру в реальность, во «взрослость», которая при этом ориентирована, в конечном счете, на консервацию детско-подростковых нормативных установок и практик. Интересно, что возможен еще более радикальный вариант декларации собственной детско-юношеской идентичности через приверженность определенной субкультуре. Так, один из московских панк-музыкантов, отвечая на вопрос о сущности панк-рока, демонстрирует свое самосознание на фоне рок-культуры как менее прогрессивной в аспекте инфантилизации практик. Он говорит: «Рок играет мужичье, а панк-рок – дети» .

Незавершенность ролевого набора коррелирует еще с одним типом социокультурной факультативности, а именно с ценностной неопределенностью. Аксиологическая открытость, предполагающая перманентное становление социокультурных ориентиров, соседствует в такой ситуации с ценностной энтропией и размытостью. Типичный агент рок-культуры постоянно пребывает в состоянии поиска смыслов и жизненных ориентиров. Данные качества при характеристике рок-музыки выводит на первый план Е. Мякотин, вводя их в сугубо положительный контекст. В частности, он говорит о том, что рок-музыка транслирует особую точку зрения на мир, в котором «ничего окончательного еще не произошло, последнее слово мира и о мире еще не сказано, мир открыт и свободен, еще все впереди и всегда будет впереди». Конкретизация ценностной неопределенности предстает перед нами в виде наивного оптимизма, присущего агентам рок-культуры. Большинство из них не могут сформулировать собственные цели и назвать желаемые ориентиры, одна ко подобные затруднения связаны не столько с дезориентацией, сколько с ощущением неограниченного числа возможностей. Экзистенциальная энтропия, под которой предлагается понимать неограниченное число бытийных возможностей, мыслится как желаемое явление, оцениваемое положительно. Рок-музыкант надеется успеть взять от жизни максимум благ. Потому для него важными и ценными представляются слишком многие категории, часто находящееся в противоречие друг с другом. В качестве ценностей могут одновременно выступать гедонизм и аскетизм с трудолюбием, либо семья и гипертрофированный индивидуализм, а в некоторых случаях религиозная этика и цинизм с вульгарным скептицизмом. В завершенной форме такая ситуация зафиксирована одним из пермских музыкантов, признающимся, что «Если жена с детьми будут мешать музыке – может и разведусь, а вообще-то, я их очень люблю, и они мне очень нужны. Посмотрим, думаю, такого и не случится, впрочем, не знаю, что там будет».

Важным инструментом удержания юношеского самосознания представляется нам обостренная креативность и связанная с ней нацеленность на саморефлексию, что оборачивается порой болезненной разработкой темы внутреннего мира субъекта. Сводя к единому знаменателю психологические изыскания, связанные с природой юности, И. Кон замечает, что «ценнейшее психологическое приобретение ранней юности – открытие своего внутреннего мира». В связи с этим молодым людям свойственно преувеличение собственной уникальности и, соответственно, гипертрофированное творческое осмысление своего «я». В рок-среде установка, связанная с подчеркиванием болезненности рефлексии в отношении своего внутреннего мира, универсализируется и остается неизменной по мере того, как человек продолжает актуализировать свою идентичность с рок-культурой. В данном контексте важны признания музыкантов в том, что их погруженность в творчество вообще важнее их принадлежности к миру собственно музыки как таковой. Один из бывших пермских музыкантов выражает эту позицию в достаточно откровенной форме следующим образом: «Нам хотелось таким вот способом записать какие-то наши мысли и переживания. Ты держишь ручку и бумагу, и все случается здесь и сейчас. А музыка была отдельно и параллельно. То есть для нас это было так, – а почему бы и нет. Для этого много не надо. Родители гитару подарили на 16 лет, – вот иди и играй. С одной стороны, это «музыка нас связала». А с другой стороны, подручные средства все есть, почему бы не сделать-то». Рок в данном случае выступает не более чем инструментом для ассимиляции перманентного творчества образом жизни, повседневностью. Форсирование творчества, обостренная склонность к непрекращающемуся самовыражению усиливают, таким образом, юношеские установки и консервируют соответствующий тип идентичности.
Полный текст статьи на сайте: http://culturolog.ru/content/view/3714/64/
Tags: #музыка, #музыканты, #психология, #рокмузыка, #социология, #человек, Музыка, Психология, Человек
Subscribe

  • Сознание: от понятия к клипу

    АвторФ.И. Гиренок Девочка двух с половиной лет просит прочитать сказку «Красная шапочка». Ей начинают читать.…

  • Н.С. Лесков за границей и дома

    Автор: Алла Новикова-Строганова В рассказе «Пламенная патриотка» Николай Семёнович Лесков (1831–1885) вспоминал: «Я был…

  • Н.С. Лесков перед смертью

    Автор: Алла Новикова-Строганова Когда дни Лескова были уже сочтены - 12 февраля 1895 года - в Прощеное воскресенье - к его дому пришёл, не…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments