Андрей Карпов (kulturolog_ia) wrote,
Андрей Карпов
kulturolog_ia

"Общее дело" Николая Фёдорова

Автор В.Н. Волков, д-р философ.н., проф.   

В русской философской мысли Н. Фёдоров является фигурой необычной, его идеи разительно отличаются как от христианского философствования (К. Леонтьев, В. Соловьёв, Н. Бердяев и др.), так и от религиозно-этических концепций, выраженных в литературно-художественной форме (Ф. Достоевский, Л. Толстой). В чём же заключается это отличие? Во-первых, Фёдоров беспредельно верит в человеческий разум и науку и мечтает о полном овладении тайнами жизни, о победе над смертью, о достижении человеком богоподобной власти. Сама земля пришла в человеке к сознанию своей участи и это деятельное сознание есть средство спасения: когда механизм стал портиться, в лице человека явился механик, который всё исправит: «Действительная истинная добродетель может заключаться только в управлении слепыми силами природы» [29, т. 1, 110]. Фёдоров уверен в том, что человеческая деятельность не должна ограничиться пределами земной планеты. Он не сомневается, что пробудившееся от смерти, воскресшее и преображённое человечество станет селиться на других планетах, осваивать иные миры и вселенные.

Во-вторых, Фёдоров испытывает острую неприязнь к отвлечённому теоретизированию и философствованию. Вся предшествующая его собственному учению философская мысль не вызывает у него никакого сочувствия, поскольку оторвана от «общего дела». Он бранит всех философов от Сократа до Канта, от Соловьёва и Толстого до Шопенгауэра и Ницше за то, что они не смогли открыть истинную цель существования человечества, которую открыл он, Фёдоров. Категорически возражая против абстрактных теорий и притязая на построение «философии общего дела», он стремится превратить теорию в орудие изменения мира, что, кстати, сближает его с Марксом, объявившим, что «философы лишь различным образом объясняли мир, но дело заключается в том, чтобы изменить его». Эту мысль Фёдоров формулирует так: «Мысль и бытие не тождественны, т. е. мысль не осуществлена, а она должна быть осуществлена. <...> Мир дан человеку не на поглядение, не миросозерцание - цель человека. Человек всегда считал возможным действие на мир, изменение его согласно своим желаниям» [29, т. 1, 294-295]. Основная точка отсчета фёдоровского учения - долженствующее быть, а не данное. Он стремится «делать» метафизику, воплощать её в жизнь. Отказаться от пассивного созерцания мира, отвлеченной метафизики и перейти к определению ценностей должного порядка вещей, к выработке плана преобразовательной деятельности человечества - в этом, по Фёдорову, смысл нового радикального поворота в философии. При этом он принципиально отказывается представить определенный взгляд на устройство бытия. Только созидательная деятельность, всеобщий труд, одушевлённая великой идеей практика приведут через радикальное преобразование мира к его познанию. Абсолютное знание возможно для Фёдорова лишь в сотворённой самим человечеством модели. Окончательное знание всякого данного нам извне объекта возможно только тогда, когда этот объект будет нашим созданием, приведён в порядок, сведён к нашему закону.

В-третьих, фёдоровское учение строится как учение религиозное. Создатель «общего дела» твёрдо верит в условность апокалипсических пророчеств - он убеждён, что необходимо всеобщее спасение в ходе имманентного воскрешения, которого достигает «по велению Бога» объединённое братское человечество, овладевшее тайнами жизни и смерти, секретами «метаморфозы вещества». Основоположник русского космизма «опирается» на Новый Завет Христа и «раскрывает» его космический смысл, призывая к активному преображению природного, смертного мира в иной, не-природный, искусственный, бессмертный, божественный тип бытия (Царствие Небесное). Самые страшные враги учения о воскрешении таятся «в иносказаниях, метафорах, символах, аллегориях», т.е. в метафорическом, окультуренном понимании высших истин о Боге и человеке. По Фёдорову требование воскрешения умерших необходимо понимать буквально - в этом заключается великий пафос православного христианства.

В-четвёртых, для фёдоровской концепции характерно манихейское противопоставление силам зла сил добра: естественному рождению людей - искусственное их воссоздание, городу - село, Западу - Россию, небратству - соборность, католицизму и протестантизму - православие, учёным - неучёных, метафизике - общее дело, науке - литургию и т.п. России, считает он, противостоит Запад, новоиудейская культура ислама, поддерживаемая культурою новоязыческого Запада. Наше неучёное понятие о Боге и его неосознанность, к примеру, выше западного, учёного, ибо оно опирается на чувство, а Бог Запада - Бог философский, то есть не-отец. Тем не менее, Фёдоров искренне верит, что создаёт такой вариант православной религии, который должен устроить и «учёных» и «неучёных». Первых - за счёт того, что Фёдоров заигрывает с достижениями науки, дополняет их «народной мудростью», вторых - за счёт включения в учение традиционных суеверий и пережитков старых культов, которые он оценивает как «творчество масс». «Учёные» зашифровали и исказили ясный взгляд на жизнь и смерть, зло и благо в мире. Этот ясный взгляд смогли сохранить «неучёные», народ, лишённый знания, но не утративший чувство и потребность в действии. В противоположность индивидуализированному философствованию «учёных» «неучёные» чувствуют, мыслят, оценивают коллективно, опираясь на родовое чувство, культ умерших отцов.


ЧИТАТЬ СТАТЬЮ ПОЛНОСТЬЮ>>>
Tags: Исследования, Слово
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments