Андрей Карпов (kulturolog_ia) wrote,
Андрей Карпов
kulturolog_ia

Category:

(Что такое постмодернизм) и как с ним бороться? - пост 2

 Автор: Андрей Карпов

КАК ОБНАРУЖИТЬ ПОСТМОДЕРНИЗМ ВНУТРИ СЕБЯ

Сложность состоит в том, что мы не видим, что в нас повреждено постмодернизмом.

Человек смотрит на себя сквозь призму исповедуемых им ценностей, и то, что этим ценностям противоречит, обычно не замечается. Ведь если я замечу нечто, не соответствующее моей внутренней "конституции", мне придётся что-то с этим делать. А мы не любим совершать лишние усилия. Поэтому включаются защитные психические механизмы, и противоречия с нашими "официальными" ценностями оказываются за пределами осознаваемого  (подробнее - см. Личная мифология ).

Постмодернист не имеет проблем с анализом постмодернистских элементов своей психики, поскольку считает постмодернизм нормой и не имеет нужды играть с собой по этому поводу в прятки. Но как быть, если я не собираюсь этически и эстетически оправдывать постмодернизм? Во взятой крепости враги могут ходить открыто, но капитуляция не метод для обнаружения шпионов врага. Задача состоит в том, чтобы демаскировать их, не давая врагу шанса на победу.

Можно наметить несколько подступов к решению данной задачи.

Андрей Шустов Видимое

Андрей Шустов "Видимое", 2015

В идеале классический человек представляет собой определённую цельность. Есть базовые ценности, на которые он опирается. Эти ценности мотивируют его действия. Если действия отклоняются от принятых ценностей а такое, конечно, случается, и довольно часто, человек чувствует, что он оступился, и это переживание становится дополнительной мотивацией, побуждающей его в следующий раз быть более бдительным и крепче держаться за собственный принцип. Но в некоторых случаях сложно сказать, как следует поступить. Ценности могут конфликтовать друг с другом. Будешь отталкиваться от одной из них погрешишь против другой. Такие ситуации переживаются особенно мучительно. Классический человек хотел бы изжить противоречия, стремясь свести свои ценности в полную (охватывающую все проявления бытия) и взаимосогласованную систему.

Постмодернистский человек признаёт амбивалентность (противоречивость, отсутствие единой логики) нормальным положением дел. Его ценности не образуют системы. Это рядоположенные элементы с плавающим рангом: в одних случаях господствующее положение занимают какие-то одни ценности, в других другие.

Стало быть, если я хочу выявить область постмодернистского поражения, я могу проверить свои взгляды на системность: нет ли противоречий, с которыми я охотно мирюсь, не считая их семантической проблемой? Но это не так просто. Поскольку я не постмодернист и не считаю противоречия нормой, в каждый отдельный момент времени я воспринимаю свои взгляды как последовательные и непротиворечивые.

Тут была бы уместной помощь со стороны: все наши противоречия очевидны для внешнего наблюдателя. Но современный человек слишком горд, чтобы прислушиваться к тому, что о нём говорят другие.

Есть ещё один метод: вести записи. Наша память избирательна: она формирует образ прошлого, согласуя его с тем, как мы именно сегодня воспринимаем мир. Поэтому на воспоминания полагаться не стоит. Но если вчерашние мысли записаны, их можно сравнить с сегодняшними. Сопоставляя свои записи, несложно обнаружить, как мы манипулируем ценностями, меняя их ранг в зависимости от ситуации.

Можно использовать совсем другой подход. Постмодернизм отрицает абсолютное и утверждает относительное. Семантическая непрерывность разрывается: сущностные взаимосвязи подменяются мозаикой самодостаточных элементов. Единственной универсальной мерой, с помощью которой в этом мире могут быть установлены объективные отношения между совершенно разными элементами, оказываются деньги. Поэтому через анализ своего отношения к деньгам также можно выйти на зоны постмодернистского поражения.

Во-первых, стоит обратить внимание на семантическую обособленность процессов обретения денег. Современная экономика устроена так, что большинство из нас являются наёмными работниками. Мы работаем за зарплату, деньги нам платит работодатель. Он же задаёт правила, регулирующие наши действия на рабочем месте. Мы подчиняемся этим правилам, даже если они где-то вступают в противоречие с нашими ценностями. Получается, что у нас две этики одна личная, а другая производственная. И если за первую мы принимаем ответственность на себя, то по поводу второй уверены, что за неё отвечает работодатель. Подлинной этикой мы считаем первую, но по факту руководствуемся обеими, причём со временем начинаем пользоваться производственной этикой и в быту.

Владельцы бизнеса (собственно "работодатели") находятся  в похожей ситуации. Они вовсе не свободны делать, что захотят. Существует логика бизнеса, которая подсказывает те или иные решения. Если этой логике не следовать, то предприятие окажется неконкурентоспособным, вместо прибыли будет приносить убыток, и такой бизнес придётся закрыть. Таким образом, ведение дела задаёт свою этику, как говорится "это всего лишь бизнес, ничего личного". В быту же предприниматель может руководствоваться совсем другими ценностями.

Являясь носителями конкурирующих этик, мы, тем не менее, как правило, не испытываем стресса. Определённый семантический дискомфорт может присутствовать, но, в общем, мы адаптировались к подобной двойственности. Это постмодернистская ситуация.

Деньги мы не только получаем, мы их ещё и тратим. Имеет смысл проанализировать свои расходы. Что мы покупаем из товаров и услуг? Соответствует ли это тем ценностям, которых мы решили придерживаться?

Особенно показателен в этом плане досуг. Что нас развлекает? Чем мы себе доставляем реальное удовольствие? Весьма вероятно, что мы обнаружим свою увлечённость тем, чем, по идее, должны бы пренебрегать. Эта увлечённость может носить критический характер. Мы критикуем, разоблачаем, изобличаем, не желая иметь ничего общего с объектом критики, но всё равно попадаем от него в зависимость. Мы тратим личное время на поиск того, с чем следует бороться, на своё непосредственное знакомство с ним (это иногда требует и финансовых трат), а сформировав критическое суждение, ищем возможность поделиться этим суждением с другими. И хотя объект критики нам неприятен, мы получаем удовольствие от процесса в целом.

Многократное воспроизводство критических суждений при передаче от одного из нас другому приводит к тому, что объекты критики занимают незаслуженно большую долю информационного пространства. И через это глубже укореняются в бытии. Подобное утверждение бытия через отрицание характерная черта постмодернистской реальности. Наше тяготение к критике, в результате которого объём отрицания в наших высказываниях и мышлении значительно превосходит долю позитивных суждений, признак постмодернистского поражения.

Привычка концентрироваться на негативе заставляет всё время искать новые причины для недовольства. Перечень объектов критики постоянно расширяется, в него включаются новые идеи, институции и персоналии. Это приводит к разрушению существующих систем, отношений, иерархий и авторитетов, то есть к деградации общества, расползанию социальной ткани. Стоит следить за собой, насколько я договороспособен, умею ли идти на компромиссы, слушать других, принимать к исполнению чужие решения. Вернее, чужие решения, так или иначе, всё равно приходится принимать, но делаю ли я это охотно, без ропота, с полной отдачей? Если же вдруг обнаружится, что я всегда нахожусь во внутренней оппозиции, имею суждение даже по тем вопросам, о которых моё знание исчерпывается парой статей в интернете, но при этом ставлю своё мнение выше  других, признаю авторитеты, лишь когда их точка зрения совпадает с моей, то, очевидно, мои восприятие и мышление преобразованы постмодернизмом.

На самом деле, постмодернистских элементов в нашем сознании довольно много. И каждый может выработать свои методы, позволяющие их обнаружить. В конце концов, кто лучше самого человека способен определить слабые места его психической конституции? Для того чтобы добиться успеха, нужно всего две вещи: признать, что ты затронут постмодернизмом, и набраться решимости честно посмотреть внутрь себя.

ЧТО ДЕЛАТЬ С ТЕМ, ЧТО МЫ ОБНАРУЖИМ?

И вот анализ проведён, и я знаю, что во мне стало результатом влияния постмодернизма. Все зоны постмодернистского поражения выявить, конечно, сразу не удастся, но что-то из того, на что я прежде не обращал внимания, теперь на свету. И что мне с этим делать?

Не стоит думать, что постмодернизм отпустит меня сразу, как только я его в себе обнаружу. Он потому и есть внутри меня, что смешался с моими привычками действия и мышления, въелся в детали. Ведь я настроен антипостмодернистски, и то, что ко мне не прилипло, было тут же отброшено. А то, что осталось, нашло лазейку в защите, обмануло охранные структуры моей психики и приросло.

Найденные элементы постмодернизма нельзя удалить как инородный объект. Это теперь часть меня, и чтобы от постмодернизма избавиться, требуется длительная и довольно тяжёлая внутренняя работа.

Прежде всего, единожды обнаруженные области постмодернистского поражения более не следует выпускать из виду. Придётся постоянно быть недовольным собой: ведь я не люблю постмодернизм, а тут он будет мне мозолить глаза, напоминая, что реальное состояние моего сознания не соответствует моим идеалам. Зато этот критический настрой создаст нужную атмосферу, которая будет неблагоприятной для дальнейшего распространения постмодернизма внутри меня. Фиксируя каждый свой срыв в постмодернизм, я не дам ему нормально воспроизводиться. Заведомый негатив, с которым я буду встречать всякое своё постмодернистское действие и суждение, в конце концов заставит меня научиться обходиться без них. Зона постмодернистского поражения постепенно станет съёживаться, постмодернизм начнёт во мне отмирать.

Очень важно прекратить транслировать постмодернизм в публичное пространство. Не отдавая себе отчёта, мы обильно сеем семена постмодернизма. Например, мы критикуем его и добросовестно описываем предмет нашей критики. Происходит негативная популяризация постмодернистских деформаций. Но, что удивительно, мы причастны и к позитивной трансляции постмодернизма. Она происходит, когда мы употребляем популярные сегодня фразеологические обороты, мемы, пересказываем друг другу шутки, цитируем чужие слова. Поскольку постмодернизм является основным способом автопрезентации и даже самопознания современной культуры, именно постмодернистские порождения притягивают внимание, подворачиваются под руку, оказываются на слуху. Они пена на гребне волны. И если мы поверхностны, пренебрегаем самостоятельным мышлением и анализом поступков, повторяя за окружающими действия и слова, то мы не только сполна наглотаемся этой пены, но и взобьём её ещё гуще.

Андрей Шустов Шорох

Андрей Шустов "Шорох", 2014

Признав, что постмодернизм имеет во мне свою долю, я должен бдительно контролировать свою внешнюю активность, нет ли в том, что я делаю или говорю, элементов постмодернизма. И при обнаружении таковых по ходу дела сразу же вносить коррекцию. Фильтровать себя на выходе, безусловно, сложно, но гораздо легче, чем проводить внутреннюю очистку. Поэтому проще начать работу, если двигаться от внешнего к внутреннему. Тем более что, навыкнув распознавать проявления постмодернизма на выходе и научившись здесь от них избавляться, мы получаем бесценный опыт различения и ограничения постмодернизма вообще. Навыки, которые мы приобретём, будут автоматически "подгружаться" при соприкосновении с постмодернизмом внутри нас и во время самоанализа.

Можно ли полностью очистить себя от постмодернизма? Возможно, эта задача выше человеческих сил. По крайней мере, это нельзя сделать, оставаясь внутри современной нам постмодернистской культуры. Экономика, политика, средства массовой информации, формы досуга постоянно воспроизводят постмодернизм. Принимая задаваемые ими правила, участвуя в формируемых ими отношениях и пользуясь продуктом, который они создают, мы неизбежно переносим элементы постмодернизма и в своё личное семантическое пространство.

Если бы сегодня существовало классическое отшельничество, когда человек удалялся от мира, максимально ослабляя свою зависимость от него, то подобным образом можно было бы освободиться и от постмодернизма. Но нынешняя эпоха куда менее лояльна к независимому состоянию. Как бы человек ни пытался жить по своим канонам, мир его всё равно достанет, так или иначе; а в любом взаимодействии с миром обязательно есть постмодернистская составляющая. В больших или в малых дозах, постмодернизм сегодня проникает сквозь любые установленные человеком барьеры.

Но отчаиваться не стоит. Живут же в нашем организме патогенные бактерии. Их присутствие не означает автоматически, что мы больны. Если таких бактерий немного, защитные силы организма с ними прекрасно справляются, подавляя их активность. Но если иммунитет ослаблен, они начинают размножаться, вызывая симптомы заболевания. Так что в значительной степени всё упирается в иммунитет. Нужно иметь иммунитет против постмодернизма. А как работает иммунитет? Клетки иммунной защиты постоянно циркулируют по организму и, встречая патоген, уничтожают его. Так надлежит действовать и нашему сознанию: постоянно быть на страже, выявлять элементы постмодернизма и элиминировать их. Элиминировать значит не принимать, отвергать, удалять из своей жизни (из повседневной практики). И если я последовательно так поступаю, опасность, что я каким-то образом превращусь в постмодернистского человека, стремится к нулю.

На сайте: http://culturolog.ru/content/view/3015/5/

Tags: Постмодернизм, Психология, Социум, Человек
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments