Андрей Карпов (kulturolog_ia) wrote,
Андрей Карпов
kulturolog_ia

Ветхий Завет в творчестве Достоевского

Автор: Ростислав Плетнев
Ветхий Завет играл в творчестве Достоевского несом­ненно слабейшую роль, чем Новый; все же он имел не только фразеологическое значение в жизни и творчестве пи­сателя. Первой, повлиявшей на Достоевского в религиозном смысле книгой, была книга Иова; она потрясла его сердце, за­жгла религиозным огнем фантазию и распалила воображе­ние. Ребенком представлял он себе все богатство Иова, его стада верблюдов, его праведность и несчастие. «Был муж в земле Уц, — говорит Зосима-Достоевский, — праведный и бла­гочестивый» и «предал Бог Своего праведника, столь им любимого диаволу и поразил диавол детей его, и скот его, и разметал богатства его»... Писатель описывает, как чувствовал в юности «тогда удивление, и смятение и радость. И верблюды то так тогда мое воображение заняли, и сатана, который так с Богом говорит, и Бог, отдавший раба Сво­его на погибель, и раб Его, восклицающий: «Буди имя Твое благословенно, несмотря на то, что казнишь меня».

И в зрелом возрасте еще более трогала писателя книга о многострадальном Иове, да и не одна она. Достоевский уже в молодые годы проявляет интерес к Библии. Будучи в тюрьме, он просит брата Михаила прислать ему «библию — оба завета», он желает сличать для точности смысла церковно-славянский и французский переводы. И в остроге, покуда не украли у него книгу, художник имел возмож­ность читать и просматривать свою собственную библию. Не­которые намеки и ряд цитат (см. ниже) указывают на то, что Библия, т. е. Ветхий Завет, была предметом постоянного внимания писателя. Кроме мудрости многих изречений и боговдохновенной сущности учения о Боге и мире, думается, три стороны Библии останавливали на себе внимание писателя: отношение прав человека к власти Бога (книга Иова), Славословие Бога (Псалтирь) и сюжетно-дидактическая сторона (кн. Бытия, Эсфирь, Ионы и т. д.).

Библия, и в частности, Ветхий Завет Боговдохновенны. Эту мысль по своему, и как-то совсем особенно выражает художник в «Дневнике Писателя» (1876, III), говоря об английской «церкви атеистов», где читается и лобзается «свя­тая книга». «Зачем же они целуют Библию, благоговейно выслушивают чтение ее и плачут над нею? А затем, что отвергнув Бога, они поклонились «Человечеству»... А что бы­ло человечеству дороже этой святой книги в продолжении стольких веков? Они преклоняются теперь перед нею за любовь ее к человечеству и за любовь к ней человечества. Она благодетельствовала ему столько веков, она как солн­це светила ему, изливала на него силу и жизнь». Достоевский сопоставляет далее «церковь атеистов» со словами Версилова из его «исповеди» о мирном, любезном характере конца эпохи безбожия перед завершением всего земного пу­ти человечества. Сходство здесь в обожании и любви к предмету былой веры. Но сам-то писатель убежден, что Библия есть вечная книга, книга книг, источник силы и жизни. В мире нет чистого атеизма, нет настоящего равнодушия к Библии, к вере, а есть у глубоких людей период медленного духовного угасания, как только утеряна вера — источник жизни. Для Достоевского характерно и полное ис­ключение из человечества его даже более многочисленной нехристианской части — она как бы не существует. Но преж­де всего в мыслях писателя о человечестве и его историческом пути нас останавливает подчеркнуто выявленная тен­денция религиозного толкования всех проблем. Человек создан Богом «по образу и подобию Своему», этому учению библейскому вполне следует и верит Ф. Достоевский. Как Бог создавал человека? В течение ряда веков, в длительном процессе эволюционного развития земных существ, произведя его от животного или свободно создав новую сущность? Всего этого мы, говорит писатель, не знаем; Дарвиновские теории и других, ему подобных, эволюционистов, пока только лишь гениальные гипотезы. А главное, не меняют сущности проблемы; эволюционное развитие, толчок, перво­причина и т. д. есть Бог. «В Библии вовсе не объяснено, как Бог лепил его из глины, взял от земли», замечает в 1876 г. Достоевский о библейском учении о создании че­ловека в свете новых теорий. Главная мысль писателя подчеркнута им не раз: как бы ни создался человек, он — творение Божие, в него вложена Божественная частица, бессмертное духовное начало, высшее, неистребляемое смертью Я — носитель света сознания. Бог сотворил человека и «вдунул в него дыхание жизни» говорит писатель, вспо­миная Книгу Бытия и хотя «грехами человек может обра­титься опять в скота», но и это — проявление той же его ду­ховной, свободной природы, свободной в добре и во зле.
Материал на сайте полностью: http://culturolog.ru/content/view/2873/97/
Tags: Литература, Религия и атеизм
Subscribe

  • Николай Мингалеев: Artбиография

    С 14 по 30 мая 2021 года в Государственном художественном музее Алтайского края работает выставка «Artбиография», посвященная…

  • Цветы мира

    До 30 мая 2021 г. в Галерее сибирского искусства (Иркутск) проходит межрегиональная выставка «Цветы мира». Экспозиция объединяет…

  • Две гипотезы о литературном бессилии

    Автор Андрей Карпов Данная статья написана в продолжение темы, поднятой в беседе Александра Тимофеева, Павла Тихомирова и…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments