Андрей Карпов (kulturolog_ia) wrote,
Андрей Карпов
kulturolog_ia

Принципы Национальной стратегии действий в защиту детей. Анализ

1 июня 2012 г., в Международный день защиты детей, Президент Российской Федерации В.В. Путин подписал Национальную стратегию действий в интересах детей на 2012-2017 гг. Мы уже давали общую оценку данного документа . Однако значение документа таково, что его необходимо анализировать глубоко и подробно.

Данной публикацией мы продолжаем анализ.

Главный вопрос, который возникает, когда мы обращаемся к «Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012-2017 годы», это вопрос доверия.  Можно ли доверять разработчикам Стратегии? Можно ли считать,  что те цели,  которые действительно преследуют авторы документа, соответствуют заявленным?

Если на этот вопрос ответить положительно, то значительная часть Стратегии приобретает весьма привлекательный вид. Есть отдельные, заведомо неприемлемые  вещи, но в целом документ должен внушать оптимизм.  Одно название чего стоит:  государство свидетельствует, что оно помнит о детях и планирует специальные действия в их интересах.

Однако, к сожалению, доверия нет. Настороженный взгляд неизбежно пытается читать между строк, «переводя» с языка официальных реляций на  язык родительского негодования. Это происходит так, потому что мы неоднократно сталкивались с употреблением подобных формулировок в качестве благовидного прикрытия  самых опасных и разрушительных действий.  Интересами детей, как мы знаем, из зарубежной, а теперь уже и отечественной практики, обычно прикрывается ювенальная юстиция. И данная Стратегия, в результате, становится  программным документом введения ювенальной юстиции в России.

Преемственность между российской Национальной стратегией и  европейской  ювенальной моделью отражена в самом тексте документа. В нем говорится, что отечественная Стратегия написана с учетом  Стратегии Совета Европы по защите прав ребенка  на 2012-2015 гг. Названы и основные цели европейской Стратегии. Надо понимать, что достижение данных целей считается актуальным и для России. Вот эти цели:

  • способствование появлению дружественных к ребенку услуг и систем;
  • искоренение всех форм насилия в отношении детей;
  • гарантирование прав детей в ситуациях, когда дети особо уязвимы.

По мнению авторов уже нашей стратегии,  России не хватает гармонизации  деятельности по защите прав и интересов детей с деятельностью мирового сообщества, а также использования положительного опыта европейских стран.  Мы знаем, каков этот ювенальный опыт. 

Примечательно, что в европейских формулировках не употребляется слово «семья». И это не случайно.  Мы-то считаем, что самой дружественной к ребёнку системой является семья, а они ищут какие-то другие системы. Наличие семьи оказывается недостаточным. Ребёнок воспринимается сам по себе. Он превращается в субъект, с которым государство начинает выстраивать отношения, не обращая внимания на родителей.

Отражения такого подхода то и дело встречаются в нашей Национальной стратегии. Это – и включение в неё  инициативы под названием  «Города, доброжелательные к детям», продвигаемой ЮНИСЕФ. Изюминка этой инициативы – участие детей в процессах принятия решений, касающихся их интересов. Иными словами, не родители и прочие взрослые должны судить, что нужно детям, а сами дети.

Сюда же стоит отнести инновации в нашей образовательной системе, в результате которых от ребёнка требуется  выбрать профиль образования уже на входе в старшую школу – в соответствии с его «склонностями и жизненными планами». На практике это оборачивается образовательными потерями и дезориентацией ребёнка, но это не смущает идеологов реформы. Тут сразу же вспоминается одиозный форсайт-проект «Детство 2030», в котором предлагалось, чтобы ребёнок самостоятельно «чертил свою жизненную траекторию» уже с 12 лет. А это уже даже не старшие, а средние классы.

Самым опасным проявлением этой тенденции является предложение отказаться от тайны усыновления.  Логика тут понятна. Тайна усыновления маскирует приемную семью под родную, а, следовательно, родной семье оказывается предпочтение. Отказ от тайны усыновления уравняет культурную значимость родной и приёмной семьи. Ребёнок, да и всё общество, должны перестать обращать внимание на то, в какой семье он находится. Семья становится лишь неким обязательным фоном, не константой, а переменной – сегодня одна, завтра другая. Неважно, что за семья, важно, чтобы ребёнок был в семье;  семью следует подобрать получше, тогда и ребёнку будет хорошо.

Этот ювенальный дух проступает сквозь все выводы и предложения Стратегии. Он заставляет самым внимательным образом отнестись к заявляемым в Стратегии принципам и попытаться определить, откуда нам может грозить беда.

ЧИТАТЬ МАТЕРИАЛ ПОЛНОСТЬЮ>>>

Tags: Ювенальная юстиция
Subscribe

  • Неспетая песня битлов

    Автор: Андрей Костерин Эпитафия Революции Воображения Мир, как мы его знали, подходит к концу. Мир, как мы его знали, - и…

  • Русский национальный суверенитет и национальная идея

    ОБРЕТЕНИЕ РУССКИМ НАРОДОМ ИСТОРИЧЕСКОГО СУВЕРЕНИТЕТА Андрей Карпов Равноапостольный князь Владимир крестил Русь, и единая вера позволила восточным…

  • Популярное в апреле

    Наиболее популярными материалами сайта Культуролог в апреле были: Москва вводит социальный патронат с 1 мая - из ленты Знаки времени…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments