?

Log in

No account? Create an account
Мы будем рады, если Вы посетите наш сайт http://culturolog.ru/, посвященный культуре как таковой и современной культуре в частности.

Ждём Ваших материалов (новости и статьи по тематике сайта). Присылайте их на kulturolog@narod.ru .

МИССИЯ КУЛЬТУРОЛОГА


Мы видим своей задачей организацию пространства, в котором явления культуры учитываются, оцениваются и анализируются. Систему координат для этой деятельности призвана дать картина мира, основанная на традиционных ценностях. Эту картину ещё предстоит местами дорисовать, так как многое из того, что происходит вокруг нас, с традиционными ценностями ещё никогда не соотносилось или соотносилось неправильно.

Существенное значение имеет критика современной культуры. Однако по-настоящему главное – это не выявление и оценка недолжного, хотя без этого не обойтись, а обнаружение, поддержка и пропаганда актуальных реализаций традиционных ценностей – всего того, что является доброкачественным наследованием нашей богатой и высокой культурной истории. К сожалению, в мутном потоке современных нам культурных событий порой так сложно разглядеть подлинно прекрасное и действительно чистое. А оно есть. И именно оно задаёт необходимую планку этического и эстетического мироощущения человека, без чего человек теряет человеческое достоинство и превращается в животное, и даже хуже того. У животного - здоровые инстинкты, а у забывшего о высоком человеке инстинкты искажены его концентрацией на инстинктах, то есть извращены.

Мы хотим, чтобы вокруг «Культуролога» сформировалось сообщество людей, которых заботит судьба нашей культуры. Чтобы корпус текстов «Культуролога» представлял собой серьёзную научную, культурную и общественно значимую величину. Чтобы на «Культурологе» собирались новости о событиях, поддерживающих добрые традиции и задающих доброкачественный культурный контекст.


Православная литература

С 28 апреля по 16 июня 2019 г. в галерее «На Каширке» (Москва) будет проходить международная выставка «Время пить чай/It`s Always Tea-Time», посвящённая книге Льюиса Кэрролла «Алиса в стране чудес».

Выставка была подготовлена в 2015 году к 150-летию выхода в свет книги Льюиса Кэрролла «Алиса в стране чудес».
Основной сюжет выставки – сцена чаепития, которую каждый автор интерпретирует по-своему. Все работы были созданы художниками специально для этой выставки, которая экспонировалась в Эстонии, Латвии, Финляндии, Польше, Германии, Венгрии и Великобритании.

Куратор проекта Вийве Ноор (Эстония) объединила художников из разных стран. Среди авторов – ведущие иллюстраторы, широко известные в своих странах и за их пределами, а также художники, которые до сих  пор не занимались иллюстрацией, но представляли свое государство на крупнейших международных выставках (Венецианская биеннале, Таллинская триеннале иллюстрации).

В экспозиции представлены графика и иллюстрация, авторская кукла, арт-объекты. Участники проекта – более 80 авторов из 19 стран мира.

Автор Константин Победоносцев

Настоящая работа представляет собой блестящую критику парламентаризма и самой идеи демократии. Работа была опубликована в 1896 году, то есть писалась задолго до учреждения российского парламентаризма, на сугубо западном материале. После Манифеста 17 октября 1905 года, которым парламентаризм западного образца получал своё законное место и в России,  Победоносцев уходит в отставку с поста обер-прокурора Святейшего Синода, Через два года он умирает в возрасте без малого 80-ти лет.

Александр Маковский Портрет обер-прокурора Святейшего Правительствующего Синода Константина Петровича Победоносцева,

I

Что основано на лжи, не может быть право. Учреждение, основанное на ложном начале, не может быть иное, как лживое. Вот истина, которая оправдывается горьким опытом веков и поколений.

Одно из самых лживых политических начал есть начало народовластия, та, к сожалению, утвердившаяся со времени французской революции идея, что всякая власть исходит от народа и имеет основание в воле народной. Отсюда истекает теория парламентаризма, которая до сих пор вводит в заблуждение массу так называемой интеллигенции и проникла, к несчастию, в русские безумные головы. Она продолжает еще держаться в умах с упорством узкого фанатизма, хотя ложь ее с каждым днем изобличается все явственнее перед целым миром.

В чем состоит теория парламентаризма? Предполагается, что весь народ в народных собраниях творит себе законы, избирает должностные лица, стало быть, изъявляет непосредственно свою волю и проводит ее в действие. Это идеальное представление. Прямое осуществление его невозможно: историческое развитие общества приводит к тому, что местные союзы умножаются и усложняются, отдельные племена сливаются в целый народ или группируются в разноязычные под одним государственным знаменем, наконец, разрастается без конца государственная территория: непосредственное народоправление при таких условиях немыслимо. Итак, народ должен переносить свое право властительства на некоторое число выборных людей и облекать их правительственною автономией. Эти выборные люди, в свою очередь, не могут править непосредственно, но принуждены выбирать еще меньшее число доверенных лиц — министров, коим предоставляется изготовление и применение законов, раскладка и собирание податей, назначение подчиненных должностных лиц, распоряжение военною силой.

Механизм — в идее своей стройный; но, для того чтобы он действовал, необходимы некоторые существенные условия. Машинное производство имеет в основании своем расчет на непрерывно действующие и совершенно равные, следовательно, безличные силы. И этот механизм мог бы успешно действовать, когда бы доверенные от народа лица устранились вовсе от своей личности; когда бы на парламентских скамьях сидели механические исполнители данного им наказа; когда бы министры явились тоже безличными, механическими исполнителями воли большинства; когда бы притом представителями народа избираемы были всегда лица, способные уразуметь в точности и исполнять добросовестно данную им и математически точно выраженную программу действий. Вот при таких условиях действительно машина работала бы исправно и достигла бы цели. Закон действительно выдержал бы волю народа; управление действительно исходило бы от парламента; опорная точка государственного здания лежала бы действительно в собраниях избирателей, и каждый гражданин явно и сознательно, участвовал бы в правлении общественными делами.

Такова теория. Но посмотрим на практику. В самых классических странах парламентаризма она не удовлетворяет ни одному из вышепоказанных условий. Выборы никоим образом не выражают волю избирателей. Представители народные не стесняются взглядами и мнениями избирателей, но руководятся собственным произвольным усмотрением или расчетом, соображаемым с тактикою противной партии. Министры в действительности самовластны; и скорее, они насилуют парламент, нежели парламент их насилует. Они вступают во власть и оставляют власть не в силу воли народной, но потому, что их ставит к власти или устраняет от нее могущественное личное влияние или влияние сильной партии. Они располагают всеми силами и достатками нации по своему усмотрению, раздают льготы и милости, содержат множество праздных людей на счет народа, — и притом не боятся никакого порицания, если располагают большинством в парламенте, а большинство поддерживают — раздачей всякой благостыни с обильной трапезы, которую государство отдало им в распоряжение. В действительности министры столь же безответственны, как и народные представители. Ошибки, злоупотребления, произвольные действия — ежедневное явление в министерском управлении, а часто ли слышим мы о серьезной ответственности министра? Разве, может быть, раз в пятьдесят лет приходится слышать, что над министром суд, и всего чаще результат суда выходит ничтожный — сравнительно с шумом торжественного производства.

Если бы потребовалось истинное определение парламента, надлежало бы сказать, что парламент есть учреждение, служащее для удовлетворения личного честолюбия и тщеславия и личных интересов представителей. Учреждение это служит не последним доказательством самообольщения ума человеческого. Испытывая в течение веков гнет самовластия в единоличном и олигархическом правлении и не замечая, что пороки единовластия суть пороки самого общества, которое живет под ним, — люди разума и науки возложили всю вину бедствия на своих властителей и на форму правления, и представили себе, что с переменою этой формы на форму народовластия или представительного правления общество избавится от своих бедствий и от терпимого насилия. Что же вышло в результате? Вышло то, что mutato nomine (лат.: под другим именем) все осталось в сущности по-прежнему, и люди, оставаясь при слабостях и пороках своей натуры, перенесли на новую форму все прежние свои привычки и склонности. Как прежде, правит ими личная воля и интерес привилегированных лиц; только эта личная воля осуществляется уже не в лице монарха, а в лице предводителя партии, и привилегированное положение принадлежит не родовым аристократам, а господствующему в парламенте и правлении большинству.

На фронтоне этого здания красуется надпись: «Все для общественного блага». Но это не что иное, как самая лживая формула; парламентаризм есть торжество эгоизма, высшее его выражение. Все здесь рассчитано на служение своему я. По смыслу парламентской фракции, представитель отказывается в своем звании от личности и должен служить выражением воли и мысли своих избирателей; а в действительности избиратели — в самом акте избрания отказываются от всех своих прав в пользу избранного представителя. Перед выборами кандидат, в своей программе и в речах своих, ссылается постоянно на вышеупомянутую фикцию: он твердит все о благе общественном, он не что иное, как слуга и печальник народа, он о себе не думает и забудет себя и свои интересы ради интереса общественного. И все это — слова, слова, одни слова, временные ступеньки лестницы, которые он строит, чтобы взойти куда нужно и потом сбросить ненужные ступени. Тут уже не он станет работать на общество, а общество станет орудием для его целей. Избиратели являются для него стадом — для сбора голосов, и владельцы этих стад подлинно уподобляются богатым кочевникам, для коих стадо составляет капитал, основание могущества и знатности в обществе. Так развивается, совершенствуясь, целое искусство играть инстинктами и страстями массы для того, чтобы достигнуть личных целей честолюбия и власти. Затем уже эта масса теряет всякое значение для выбранного ею представителя до тех пор, пока понадобится снова на нее действовать: тогда пускаются в ход снова льстивые и лживые фразы, — одним в угоду, в угрозу другим; длинная, нескончаемая цепь однородных маневров, образующая механику парламентаризма. И такая-то комедия выборов продолжает до сих пор обманывать человечество и считаться учреждением, венчающим государственное здание… Жалкое человечество! Поистине можно сказать: mundus vult decipi — decipiatur (лат.: мир желает быть обманутым — пусть же его обманывают).

Вот как практикуется выборное начало. Честолюбивый искатель сам выступает перед согражданами и старается всячески уверить их, что он, более чем всякий иной, достоин их доверия. Из каких побуждений выступает он на это искательство? Трудно поверить, что из бескорыстного усердия к общественному благу. Вообще, в наше время редки люди, проникнутые чувством солидарности с народом, готовые на труд и самопожертвование для общего блага: это — натуры идеальные; а такие натуры не склонны к соприкосновению с пошлостью житейского быта. Кто по натуре своей способен к бескорыстному служению общественной пользе в сознании долга, тот не пойдет заискивать голоса, не станет воспевать хвалу себе на выборных собраниях, нанизывая громкие и пошлые фразы. Такой человек раскрывает себя и силы в рабочем углу своем или в тесном кругу единомышленных людей, но не пойдет искать популярности на шумном рынке. Такие люди, если идут в толпу людскую, то не затем, чтобы льстить ей и подлаживаться под пошлые ее влечения и инстинкты, а разве затем, чтобы обличать пороки людского быта и ложь людских обычаев. Лучшим людям, людям долга и чести противна выборная процедура: от нее не отвращаются лишь своекорыстные, эгоистичные натуры, желающие достигнуть личных своих целей. Такому человеку не стоит труда надеть на себя маску стремления к общественному благу, лишь бы приобрести популярность. Он не может и не должен быть скромен, — ибо при скромности его не заметят, не станут говорить о нем. Своим положением и тою ролью, которую берет на себя, он вынуждается лицемерить и лгать: с людьми, которые противны ему, он поневоле должен сходиться, брататься, любезничать, чтобы приобрести их расположение, — должен раздавать обещания, зная, что потом не выполнит их, должен подлаживаться под самые пошлые наклонности и предрассудки массы, для того чтоб иметь большинство за себя. Какая честная натура решится принять на себя такую роль? Изобразите ее в романе: читателю противно станет; но тот же читатель отдаст свой голос на выборах живому артисту в той же самой роли.

Уильям Хогарт Предвыборная пропаганда

Уильям Хогарт "Предвыборная агитация", 1754-1755

Выборы — дело искусства, имеющего, подобно военному искусству, свою стратегию и тактику. Кандидат не состоит в прямом отношении к своим избирателям. Между ним и избирателями посредствует комитет, самочинное учреждение, коего главною силою служит — нахальство. Искатель представительства, если не имеет еще сам по себе известного имени, начинает с того, что подбирает себе кружок приятелей и споспешников; затем все вместе производят около себя ловлю, то есть приискивают в местной аристократии богатых и не крепких разумом обывателей, и успевают уверить их, что это их дело, их право и преимущество стать во главе — руководителями общественного мнения. Всегда находится достаточно глупых или наивных людей, поддающихся на эту удочку, — и вот, за подписью их, появляется в газетах и наклеивается на столбах объявление, привлекающее массу, всегда падкую на следование за именами, титулами и капиталами. Вот каким путем образуется комитет, руководящий и овладевающий выборами — эта своего рода компания на акциях, вызванная к жизни учредителями. Состав комитета подбирается с обдуманным искусством: в нем одни служат действующею силой — люди энергические, преследующие во что бы ни стало — материальную или тенденциозную цель; другие — наивные и легкомысленные статисты — составляют балласт. Организуются собрания, произносятся речи: здесь тот, кто обладает крепким голосом и умеет быстро и ловко нанизывать фразы, производит всегда впечатление на массу, получает известность, награждается кандидатом для будущих выборов, или, при благоприятных условиях, сам выступает кандидатом, сталкивая того, за кого пришел вначале работать языком своим. Фраза — и ни что иное, как фраза — господствует в этих собраниях. Толпа слушает лишь того, кто громче кричит и искуснее подделывается пошлостью и лестью под ходячие в массе понятия и наклонности.

В день окончательного выбора лишь немногие подают голоса свои сознательно: это отдельные влиятельные избиратели, коих стоило уговаривать по одиночке. Большинство, т. е. масса избирателей дает свой голос стадным обычаем, за одного из кандидатов, выставленных комитетом. На билетах пишется то имя, которое всего громче натвержено и звенело в ушах у всех в последнее время. Никто почти не знает человека, не дает себе отчета ни о характере его, ни о способностях, ни о направлении: выбирают потому, что много наслышаны об его имени. Напрасно было бы вступать в борьбу с этим стадным порывом. Положим, какой-нибудь добросовестный избиратель пожелал бы действовать сознательно в таком важном деле, не захотел бы подчиниться насильственному давлению комитета. Ему остается — или уклониться вовсе в день выбора, или подать голос за своего кандидата по своему разумению. Как бы ни поступил он, — все-таки выбран будет тот, кого провозгласила масса легкомысленных, равнодушных или уговоренных избирателей.

По теории, избранный должен быть излюбленным человеком большинства, а на самом деле избирается излюбленник меньшинства, иногда очень скудного, только это меньшинство представляет организованную силу, тогда как большинство, как песок, ничем не связано, и потому бессильно перед кружком или партией. Выбор должен бы падать на разумного и способного, а в действительности падает на того, кто нахальнее суется вперед. Казалось бы, для кандидата существенно требуется — образование, опытность, добросовестность в работе: а в действительности все эти качества могут быть и не быть: они не требуются в избирательной борьбе, тут важнее всего — смелость, самоуверенность в соединении с ораторством и даже с некоторою пошлостью, нередко действующею на массу. Скромность, соединенная с тонкостью чувства и мысли, — для этого никуда не годится.

Так нарождается народный представитель, так приобретается его полномочие. Как он употребляет его, как им пользуется? Если натура у него энергическая, он захочет действовать и принимается образовывать партию; если он заурядной натуры, то сам примыкает к той или другой партии. Для предводителя партии требуется прежде всего сильная воля. Это свойство органическое, подобно физической силе, и потому не предполагает непременно нравственные качества. При крайней ограниченности ума, при безграничном развитии эгоизма и самой злобы, при низости и бесчестности побуждений, человек с сильною волей может стать предводителем партии и становится тогда руководящим, господственным главою кружка или собрания, хотя бы к нему принадлежали люди, далеко превосходящие его умственными и нравственными качествами. Вот какова, по свойству своему, бывает руководящая сила в парламенте. К ней присоединяется еще другая решительная сила — красноречие. Это — тоже натуральная способность, не предполагающая ни нравственного характера, ни высокого духовного развития. Можно быть глубоким мыслителем, поэтом, искусным полководцем, тонким юристом, опытным законодателем — и в то же время быть лишенным действенного слова; можно, при самых заурядных умственных способностях и знаниях, обладать особливым даром красноречия. Соединение этого дара с полнотою духовных сил — есть редкое и исключительное явление в парламентской жизни. Самые блестящие импровизации, прославившие ораторов и соединенные с важными решениями, кажутся бледными и жалкими в чтении, подобно описанию сцен, разыгранных в прежнее время знаменитыми актерами и певцами. Опыт свидетельствует непререкаемо, что в больших собраниях решительное действие принадлежит не разумному, но бойкому и блестящему слову, что всего действительнее на массу — не ясные, стройные аргументы, глубоко коренящиеся в существе дела, но громкие слова и фразы, искусно подобранные, усильно натверженные и рассчитанные на инстинкты гладкой пошлости, всегда таящиеся в массе. Масса легко увлекается пустым вдохновением декламации и, под влиянием порыва, часто бессознательного, способна приходить к внезапным решениям, о коих приходится сожалеть при хладнокровном обсуждении дела.

Итак, когда предводитель партии с сильною волей соединяет еще и дар красноречия, — он выступает в своей первой роли на открытую сцену перед целым светом. Если же у него нет этого дара, он стоит, подобно режиссеру, за кулисами и направляет оттуда весь ход парламентского представления, распределяя роли, выпуская ораторов, которые говорят за него, употребляя в дело по усмотрению — более тонкие, но нерешительные умы своей партии: — они за него думают.

Что такое парламентская партия? По теории, — это союз людей одинаково мыслящих и соединяющих свои силы для совокупного осуществления своих воззрений в законодательстве и в направлении государственной жизни. Но таковы бывают разве только мелкие кружки: большая, значительная в парламенте партия образуется лишь под влиянием личного честолюбия, группируясь около одного господствующего лица. Люди, по природе, делятся на две категории: одни — не терпят над собою никакой власти, и потому необходимо стремятся господствовать сами; другие, по характеру своему, страшась нести на себе ответственность, соединенную со всяким решительным действием, уклоняются от всякого решительного акта воли: эти последние как бы рождены для подчинения и составляют из себя стадо, следующее за людьми воли и решения, составляющими меньшинство. Таким образом, люди самые талантливые подчиняются охотно, с радостью складывая в чужие руки направление своих действий и нравственную ответственность. Они как бы инстинктивно «ищут вождя» и становятся послушными его орудиями, сохраняя уверенность, что он ведет их к победе — и, нередко, к добыче. Итак, все существенные действия парламентаризма отправляются вождями партий: они ставят решения, они ведут борьбу и празднуют победу. Публичные заседания суть не что иное как представление для публики. Произносятся речи для того, чтобы поддержать фикцию парламентаризма: редкая речь вызывает, сама по себе, парламентское решение в важном деле. Речи служат к прославлению ораторов, к возвышению популярности, к составлению карьеры, — но в редких случаях решают подбор голосов. Каково должно быть большинство, — это решается обыкновенно вне заседания.

Таков сложный механизм парламентского лицедейства, таков образ великой политической лжи, господствующей в наше время. По теории парламентаризма, должно господствовать разумное большинство; на практике господствуют пять-шесть предводителей партии; они, сменяясь, овладевают властью. По теории, убеждение утверждается ясными доводами во время парламентских дебатов; на практике — оно не зависит нисколько от дебатов, но направляется волею предводителей и соображениями личного интереса. По теории, народные представители имеют в виду единственно народное благо; на практике — они, под предлогом народного блага, и на счет его, имеют в виду преимущественно личное благо свое и друзей своих. По теории — они должны быть из лучших, излюбленных граждан; на практике — это наиболее честолюбивые и нахальные граждане. По теории — избиратель подает голос за своего кандидата потому, что знает его и доверяет ему; на практике — избиратель дает голос за человека, которого по большей части совсем не знает, но о котором натвержено ему речами и криками заинтересованной партии. По теории — делами в парламенте управляют и двигают — опытный разум и бескорыстное чувство; на практике — главные движущие силы здесь — решительная воля, эгоизм и красноречие.

Вот каково в сущности это учреждение, выставляемое — целью и венцом государственного устройства. Больно и горько думать, что в земле Русской были и есть люди, мечтающие о водворении этой лжи у нас; что профессоры наши еще проповедуют своим юным слушателям о представительном правлении, как об идеале государственного учреждения; что наши газеты и журналы твердят о нем в передовых статьях и фельетонах, под знаменем правового порядка; твердят — не давая себе труда вглядеться ближе, без предубеждения, в действие парламентской машины. Но уже и там, где она издавна действует, — ослабевает вера в нее; еще славит ее либеральная интеллигенция, но народ стонет под гнетом этой машины и распознает скрытую в ней ложь. Едва ли дождемся мы, — но дети наши и внуки, несомненно, дождутся свержения этого идола, которому современный разум продолжает еще в самообольщении поклоняться…

Полный текст работы на сайте:  http://culturolog.ru/content/view/3161/88/

В галерее "Нагорная " (Москва) с 26 апреля по 19 мая 2019 г. будет проходить персональная выставка Любови Белых «Тайная комната детства».</p>

Творчество Любовь Белых наполняют детский смех, запах речной воды, теплый песок под ногами, нежные цветы и мокрые кошачьи носы. Это переносит зрителя в самые счастливые моменты жизни, потому что это все звуки и запахи из детства - тогда они почувствовались и запомнились впервые.

Экспозиция посвящена детству как особенному состоянию, которое во многом определяет путь взрослого человека. «Тайная комната детства» - место, где подсознание хранит то, что делает человека самим собой. Здесь хранятся секреты и мечты, воспоминания и страхи. В этой комнате живет и душа.

На выставке представлены портреты, пейзажи и жанровые картины. Их объединяет тема детства - мира первых впечатлений, чувств и переживаний, наполненных особой концентрацией нравственных переживаний, когда хрупкость, незащищенность внешнего образа сплавляется с чистотой душевного мира, устремлённостью к идеалу.

“Я стремилась запечатлеть счастливые мгновения жизни, в надежде, что они потревожат сердца зрителей, может быть, унесут на минуту в свое детство и доставят радость…”(Любовь Белых).

О художнике:

Любовь Белых родилась в г. Костроме в 1961 году в семье художников-живописцев. С ранних лет любила рисовать. Обучалась в Московской средней художественной школе при Московском государственном художественном институте им. В. И. Сурикова. По окончании поступила в Ленинградский институт живописи, скульптуры и архитектуры им. И. Е. Репина и в 1986г. закончила монументальную мастерскую профессора А. А. Мыльникова. С 1987-1990 работала в творческих мастерских Академии художеств в Москве. Сейчас картины художницы находятся в художественных музеях Москвы (Музей современного искусства), Санкт-Петербурга, Костромы, Рязани, Сергиева Посада, Майкопа, Тулы и во многих частных собраниях в России и за рубежом. В 2009 году Российская Академия художеств удостоила Любовь Белых звания Почетного академика в знак признания ее вклада в отечественное изобразительное искусство.

На сайте: http://culturolog.ru/content/view/3503/31/

В Красноярском художественном музее им. В.И. Сурикова до 30 июня 2019 г. проходит выставка Юрия Люкшина «Слово о полку Игореве». «Борис Годунов».


«Плач Ярославны». (Из серии «Слово о полку Игореве»), 2000Юрий Люкшин – знаменитый российский художник, член Союза художников СССР и России, член Международной ассоциации искусствоведов, Заслуженный художник России, почетный член Российской академии художеств.


Его работы представлены во многих музейных коллекциях, в том числе: в Государственном Эрмитаже, Государственном Русском музее, Государственной Третьяковской галерее, Музее изобразительных искусств им. А.С. Пушкина, Государственном музее истории религии, Российской Национальной библиотеке, Российской Государственной библиотеке, Ярославском историко-архитектурном и художественном музее-заповеднике, Библиотеке Ватикана, Метрополитен музее (Нью-Йорк), Музее Людвига (Кельн).


На выставке представлено более 70 графических произведений. Вы увидите цикл работ к шедевру древнерусской литературы «Слово о полку Игореве» и серию произведений к величайшей исторической драме А.С. Пушкина «Борис Годунов».
Благодаря яркой выразительности образов,  художник убеждает зрителя в том, что русская история – это история бесконечных испытаний, несмотря на которые, народ сумел сохранить достоинство и веру.

На сайте: http://culturolog.ru/content/view/3501/31/



«Кончина Бориса Годунова». (Из серии «Борис Годунов»), 2005«Юродивый Николка». (Из серии «Борис Годунов»), 2005


Дэвид Грэбер

Данная статья, вышедшая в STRIKE! Magazine в августе 2013 года, чуть ли не сразу стала знаковой. Её можно считать заявкой на социальное переустройство современного общества. На неё охотно ссылаются идеологи "освобождения человека от работы", проталкивающие идею базового дохода. Несмотря на подобное семантическое злоупотребление, какая-то своя правда в представленном здесь материале всё же есть. Во всяком случае, взглянуть на нашу повседневность под острым непривычным углом несомненно полезно.

Эдвард Хоппер Офис в Нью-Йорке

В 1930 году Джон Мейнард Кейнс предсказал, что к концу столетия технологии будут достаточно развиты для того, чтобы в таких странах как Великобритания или США рабочая неделя могла быть сокращена до 15 часов. Нет никаких сомнений в том, что он был прав. С технической точки зрения такая возможность действительно есть, но она не была реализована. Напротив, технологии были использованы для того, чтобы все мы стали работать больше. Для этого создаваемые рабочие места фактически должны быть бессмысленными. Масса людей в Европе и Северной Америке тратят все свое рабочее время на выполнение заданий, в необходимость которых не верят сами. Моральный и интеллектуальный ущерб, порождаемый этой ситуацией хорошо известен — это шрам на душе нашего общества, и в настоящее время эта тема практически не обсуждается.

Почему же обещанная Кейнсом утопия, так страстно желанная в 60-х, никогда не была реализована? Стандартный ответ на этот вопрос сегодня гласит, что Кейнс не учёл растущеезначение консьюмеризма, а выбирая между уменьшением рабочего времени и большим количеством игрушек и удовольствий, мы коллективно предпочли последнее. Но поразмыслив всего минуту, можно сказать, что эта милая нравоучительная сказка не является правдивой. Да, начиная с 20-х годов, мы были свидетелями создания бесконечного разнообразия работ и отраслей промышленности, но лишь немногие из них имели отношение к производству и распространению суши, айфонов и модных кроссовок.

В чем же именно заключалась деятельность на новых рабочих местах? Предельно ясный ответ даёт недавний отчет, сравнивающий структуру занятости в США в период между 1910 и 2000 годом (подчеркну, что в Великобритании ситуация аналогична). В течение всего прошлого века численность работников, занятых в промышленности, сельском и коммунальном хозяйстве резко снижалась. Одновременно, число «менеджеров, клерков, специалистов и работников сферы продаж и услуг» утроилось, с «одной до трех четвертей от общего числа занятых». Другими словами, рабочие места в производстве, как и было предсказано, были автоматизированы и сокращены (даже с учетом промышленных работников во всем мире, включая потогонные производства в Индии и Китае, процент занятых в этой сфере не сопоставим с тем, каким он был раньше).

Но вместо уменьшения времени работы и освобождения населения Земли для занятий своими собственными проектами, увлечениями, мечтами и идеями, мы стали свидетелями вздутия не столько сферы «услуг», сколько административного сектора, создания сферы финансовых услуг и телемаркетинга, беспрецедентного расширения секторов корпоративного права, управления образованием и здравоохранением, человеческими ресурсами и публичными отношениями. Причем численность занятых в них даже не учитывает всех тех людей, чья занятость связана с осуществлением безопасности, административной и технической поддержкой этих отраслей и, если уж на то пошло, дополнительных сфер деятельности (например, круглосуточной доставки пиццы или мойки собак), которые существуют только потому, что все остальные люди тратят большую часть своего времени на другую работу .

Это именно то, что я называю бесполезной работой [1].

Как будто бы кто-то специально создает все эти бессмысленные специальности, только для того, чтобы занять нас работой . И именно здесь и скрывается тайна. Для капитализма это как раз то, что не должно происходить. Конечно же в старых, неэффективных социалистических странах, таких как СССР, где занятость одновременно считалась и правом, и священным долгом, система создавала ровно столько рабочих мест, сколько  было необходимо (именно поэтому в советских универсамах три продавца продавали один кусок мяса). Но ведь предполагается что, конкуренция и свободный рынок должны решать именно такие проблемы. Согласно экономической теории, фирма, стремящаяся к максимизации прибыли, никогда не должна тратить деньги на работников, нанимать которых нет необходимости. Однако это каким-то образом происходит.

Когда корпорации занимаются  бессмысленными сокращениями, страдают те люди, которые действительно что-то делают, меняют, чем-то управляют. Путем каких-то особых манипуляций, которые никто толком не может объяснить, число получающих зарплату бумагоперебирателей каким-то образом расширяется, и все больше и больше людей, почти как в  Советском Союзе, обнаруживают,  что работают 40 или 50 часов в неделю, из которых эффективными являются 15, как и предсказывал Кейнс, так как все остальное время они заняты организацией или посещением мотивирующих семинаров, редактированием своих страничек на facebook или скачиванием сериалов.

И ответ явно не является экономическим: он лежит в области морали и политики. Правящий класс уже давно уяснил, что счастливый и продуктивный народ со свободным временем смертельно опасен (вспомните о том, что было, когда все это только начало появляться в 60-е). С другой стороны, чувство, что работа сама по себе обладает моральной ценностью, и что тот, кто не желает тратить большую часть своего времени на ту или иную работу , ничего не заслуживает, невероятно убедительно для них.

Однажды, во время наблюдений кажущегося бесконечным роста числа административных должностей в британских научных учреждениях, мне в голову пришла идея того как мог бы выглядеть ад.  Ад это группа людей, которые тратят массу времени на работу , которая им не нравится и не особенно получается. Допустим, их наняли как замечательных столяров, но они обнаруживают, что большую часть времени они должны жарить рыбу. Да и труд их не особо востребован — фактически нужно пожарить весьма небольшое количество рыбы. Однако каким-то образом, они все оказываются настолько одержимы негодованием по поводу того, что их коллеги тратят больше времени на изготовление мебели, чем на свою часть работы по обжарке, что пока всё не будет завалено штабелями плохо приготовленной рыбы это станет их основным занятием.

Мне кажется это достаточно точное описание смещения морали в нашей экономике.

Я понимаю, что подобные аргументы подвергнутся немедленным возражениям: «Кто ты такой, чтобы решать какие профессии по-настоящему «необходимы»? В чем заключается необходимость? Ты профессор антропологии, какая от тебя польза? (И действительно, множество читателей желтой прессы несомненно отнесут мою работу к числу бесполезных общественных расходов). С другой стороны, все это действительно так. Не существует объективной возможности измерить ценность работы для общества.

Я не предлагаю переубеждать тех, кто считает, что своим трудом делает мир лучше. Как насчет людей, которые сами убеждены в том, что их работа бессмысленна? Не так давно я встречался со школьным другом, которого не видел с 12 лет. Я был невероятно удивлен тем, что с того времени, он сперва стал поэтом, а потом певцом в инди-рок группе. Я слышал его песни по радио и даже не догадывался, что их поет знакомый мне человек. Он очевидно был талантливым и оригинальным, а его труд безусловно освещал и улучшал жизни людей по всему миру. Несмотря на это, после двух неудачных альбомов, он лишился контракта, увяз в долгах и заботах с новорожденной дочерью, и закончил, выражаясь его же словами: «избрав основную дорогу столь многих бесцельных парней: школу права». Теперь он юридический консультант в известной нью-йоркской компании. Он первым признал, что его работа абсолютно бессмысленна, не приносит никакой пользы миру, и по его собственному мнению, не должна существовать.

Вопросов возникает немало, начиная с «почему наше общество формирует столь малые запросы на талантливых поэтов и музыкантов и фактически бесконечные потребности в специалистах по корпоративному праву»? (Ответ: когда 1% населения Земли контролирует большую часть всех производимых благ, то что мы называем «рынком» отображает именно их представление о том, что полезно и важно, а не чье-либо ещё). Более того, это показывает, что большинство людей этих профессий осознают своё положение. Я даже не уверен встречал ли я когда-нибудь в своей жизни юриста, который не считал свою работу бесполезной, точно такая же ситуация характерна почти для всех новых отраслей о которых упоминалось выше. Попробуйте поговорить с кем-нибудь из этого класса специалистов на твердом окладе где-нибудь на вечеринке и упомяните о том, что вы занимаетесь чем-либо интересным (антропологией, например), и вы увидите стремление полностью избежать какое-либо обсуждение их сферы деятельности. Пропустите с ними пару стаканов, и они предадутся рассуждениям о том насколько глупа и бессмысленна их работа .

Такие психологические травмы хорошо известны. Как можно говорить о гордости за свой труд, когда в глубине души ты чувствуешь, что твоя работа не нужна? Как могут не возникать чувства негодования и скрытой злости? Злой рок нашего общества заключается в том, что его правители нашли способ перевести нашу ярость именно на тех, кто занят по-настоящему полезной работой , как в случае с обжарщиками рыбы. Как будто  в нашем обществе действует глобальный закон: чем более явно выражена польза от работы какого-либо человека для других людей, тем меньше ему за это платят. Позволю повториться, трудно оценить объективный масштаб проблемы, но есть смысл поставить вопрос: «что произойдет если весь этот класс просто исчезнет»? Вы можете говорить что угодно о медсестрах, мусорщиках или механиках, но очевидно, что если они растворятся как дымка в воздухе, результаты проявятся немедленно и будут катастрофичными. Мир без учителей или докеров скорее всего окажется в беде, а без писателей-фантастов или ска-музыкантов возможно будет менее приятным. Совершенно не ясно как пострадает человечество если исчезнут все председатели правления, пиарщики, лоббисты, специалисты по страховым расчетам и телефонным продажам, судебные приставы или юрисконсульты (список можно существенно увеличить). Если не рассматривать небольшое количества высококлассных специалистов (например, докторов), этот закон работает удивительно хорошо.

Более того, как будто бы в воздухе витает ощущение, что так и должно быть. В этом один из секретов силы правого популизма. Обратите внимание на то, как газеты разжигают недовольство работниками лондонского метро во время их забастовки из-за условий найма: сам факт того, что работники метро смогли парализовать Лондон показывает, что их работа действительно необходима, но кажется именно это и раздражает людей. В США это стало ещё более очевидно, когда республиканцы добились заметного успеха в разжигании злости по отношению к школьным учителям и рабочим автопрома (заметьте, но не к администраторам системы среднего образования и не к менеджерам автомобильной промышленности, в действительности являющихся причиной проблемы) за их якобы раздутые заработные платы и социальные льготы. Как если бы они говорили: «Но вы ведь учите детей! Производите машины! У вас есть настоящая работа ! И помимо всего этого вам хватает наглости требовать такого же уровня пенсий и медицинского обслуживания как у среднего класса?»

Если бы кто-то специально проектировал рабочий режим идеально подходящий для поддержания власти финансового капитала, трудно представить себе, что он мог бы сделать его лучше. Фактически, работники производительных сфер подвергаются безжалостному давлению и эксплуатации. Их остатки расположены между затерроризированной, всеми осуждаемой стратой безработных и значительно большей стратой тех, кто в сущности получает свою зарплату за ничегонеделанье на должностях, созданных таким образом, чтобы занимающие их солидаризировались с перспективами и чувствами правящего класса (менеджеров, администраторов и т.д.) и в частности с его финансовыми аватарами, но одновременно с этим испытывали еле сдерживаемую ярость в отношении тех, чья работа обладает ясной и безусловной общественной значимостью. Безусловно, система не была создана сознательно. Она возникла благодаря столетию проб и ошибок. И это единственное объяснение тому, что несмотря на наши технологические возможности, мы все ещё не работаем по 3-4 часа в день.

Эдвард Хоппер Офис в маленьком городе

Эдвард Хоппер "Офис в маленьком городе", 1953




[1] Грэбер использует более эмоционально насыщенное выражение «bullshit jobs».

с 19 апреля по 23 июня 2019 г. в Манеже Малого Эрмитажа (Санкт-Петербург) пройдёт выставка ”Боги, Люди, Герои” из собрания Национального археологического музея Неаполя и Археологического парка Помпей», посвященная выдающемуся археологическому открытию всемирно известных древнеримских городов – Помпей и Геркуланума, погибших в I веке в результате извержения. вулкана Везувия.

Портрет женщины Мозаика Помпеи I век н. э.
Размеры катастрофы потрясли весь античный мир – долго считавшийся потухшим вулкан погубил все окрестные города и виллы, жизнь в которых остановилась в одно мгновение.  Трагически погибшим Помпеям, наряду с Геркуланумом и многими виллами в их окрестностях, в Боскореале, Оплонтисе, Стабиях, погребенными под слоями вулканического пепла, была уготована особая судьба в истории человечества – сохранить потомкам богатый археологический материал.
Выставка «Боги, Люди, Герои» – масштабный проект Государственного Эрмитажа, Национального археологического музея Неаполя и археологического парка Помпей, включающий более 200 шедевров античного искусства, среди которых и произведения «помпеянского» собрания Эрмитажа. Впервые российскому зрителю представлены всемирно известные памятники – фрески, мозаики, скульптура из бронзы и мрамора, изысканные произведения декоративно-прикладного искусства, предметы повседневной жизни, отражающие религиозную сторону римской жизни и высокий уровень социально-экономического развития общества. Специально отобранные для выставки экспонаты – уникальные предметы из стекла, изделия из бронзы, расписные керамические сосуды, сгруппированные в витринах по типам, материалам и своему назначению, доподлинно воссоздают привычки римлян, живших 2000 лет назад, их быт и досуг, стиль жизни – римский modus vivendi, немыслимый без общественной жизни, посещения театральных представлений и гладиаторских боев.
Главный раздел выставки посвящен антич¬ной мифологической традиции, отразившейся в менталитете самих римлян, их верованиях и представлениях о богах и героях, обладавших сверхчеловеческими, обычно дарованными богами, способностями, роли различных божеств и влиянии их на судьбы людей; образам и символам мифологии, воплощенных в знаковых произведениях.
Среди экспонатов выставки мраморная «Голова Юпитера» происходящая из Капитолия, из главного храма Помпей; бронзовая статуя Аполлона; фреска с изображением Дианы; мраморная скульптура Венеры из Виллы Поппеи в Оплонтисе, возможно принадлежавшей супруге императора Нерона – Сабине Поппеи; рельеф из мрамора с Афродитой и Эротом из Дома золотых амуров в Помпеях; фрески «Юнона и Геба» из виллы Сан Марко в Стабиях, «Марс и Венера» из помпейского Дома свадьбы Геркулеса, «Нереида на морской пантере» из виллы Ариадны в Стабиях (сейчас в Национальном археологическом музее), «Дионис и Ариадна на Наксосе» из  Дома Золотого браслета и «Фетида и Гефест» из Помпей.
Прекрасные образцы фресковой настенной живописи, «Геркулес и Омфала» из Дома Марка Лукреция, «Геркулес и Несс» из Дома Кентавра в Помпеях, и «Геракл и Деянира» из виллы Ариадны в Стабиях, рассказывают об одном из самых известных пер¬со¬на¬жей антич¬ной мифо¬ло¬гии, культ которого был широко распространен в Римской империи. Образ храбрейшего из героев, участника Троянской войны Ахилла, воплощен в росписях «Ахиллес на Скиросе» и «Ахиллес и Брисеида».
Популярные сюжеты настенных росписей и мозаик включали мифологические сцены, сражения гладиаторов, спортивные состязания, охоту, изображения растений и животных, натюрмортов, сельскохозяйственные мотивы, а иногда в подробных и реалистичных портретах самих римлян. Настенная живопись, использование штукатурки для создания рельефных эффектов нашли широкое применение в общественных зданиях, частных домах, храмах, гробницах и даже в военных сооружениях римлян. Некоторые из них помещались на стену так, как будто это были картины в рамах, другие занимали всю поверхность стены, или, напротив, незначительное место в центре панелей, окруженных орнаментом. Обычно эти изображения копировали картины известных художников или подражали им, причем в распоряжении мастеров имелись специальные каталоги, по которым они могли сориентировать заказчика. Римские художники или, что более вероятно, их клиенты предпочитали натуральные цвета земли, такие как более темные оттенки красного, желтого, коричневого. Синий и черный пигменты были также популярны. Выставка дает прекрасную возможность увидеть все многообразие техник и стилей настенной живописи.
Главная заслуга археологических раскопок везувианских городов и вилл Помпей, Геркуланума и Стабий – материальные свидетельства повседневной жизни древних римлян, прежде почти неизвестные. В этом отношении особая роль отводится разделу экспозиции, посвященной именно людям, где представлены скульптурные и живописные изображения самих римлян, предметы домашнего обихода и досуга, повседневной жизни, декоративные элементы интерьеров римских домов.
Женский мраморный бюст, мужские скульптурные портреты, живописный портрет женщины, изображенный в профиль, мозаика с портретом римской дамы, статуя Голкония Руфа, позволяют представить внешний облик знатных римлян, живших в Помпеях в I столетии н.э.
Особый интерес представляют четыре фрески из имения богатой помпейской дамы Юлии Феликс, со сценами повседневной жизни римлян: «Торговля керамической посудой», «Продажа ткани», «Чтение эдикта», «Наказание ученика», в общих чертах, повествующих о событиях, происходящих на форуме в рыночный день.
Специально отобранные для выставки экспонаты демонстрируют предметы, связанные с бытом состоятельных римлян – бронзовые сосуды для благовоний; высокие канделябры для освещения триклиния (помещения, где хозяин дома принимал своих гостей), нагреватель для воды (самовар), с краном в виде головы льва и тремя лебедями с расправленными крыльями на краю горелки; элементы декора интерьера, мраморные столы. Одним из самых необычных произведений этого раздела является, как правило, располагавшийся в атриуме римского дома, сейф из железа и бронзы со сложными и оригинальными системами закрытия. Здесь также представлен шедевр коллекции Национального археологического музея Неаполя – стеклянная «Синяя ваза», обнаруженная в некрополе Помпей в 1837 году.
Отдельный раздел экспозиции посвящен рядовым горожанам. В витринах показаны всевозможные инструменты, которыми пользовались в I веке н.э. – весы, гири, кирки, топоры, мотыги, серпы, грабли. Привлекает внимание рельефная вывеска из известняка, обнаруженная в Доме матроса, в Помпеях, с изображением строительных инструменты, используемых в то время: отвеса, каменного мастерка, щипцов, зажимов, молотка, зубила, линейки и прочего.
Об увлечении римлян театром свидетельствуют мраморный рельеф с театральной сценой, фреска «Актер с маской», акротерий с комической маской, трагическая маска из Помпей... Страсть к разного рода зрелищам распространялась и на гладиаторские бои. О гладиаторских поединках и их значимой роли в сознании римлян ранней империи напоминают рельеф со сценой сражения гладиаторов и предметы их обмундирования: шлемы, бронзовые кнемиды и поножи для защиты ног.
Более 70 экспонатов выставки происходят из «Помпеянского» собрания Государственного Эрмитажа, насчитывающего свыше 300 античных артефактов из Помпей и Геркуланума, которое сложилось в результате тесных контактов между Россией и Неаполем на протяжении всего   XIX века. Памятники из везувианских городов являлись знаком дружбы императорского дома Романовых и Королевства двух Сицилий. Помпейские древности оказали глубокое возлияние на русскую культуру и искусство. Выставка включает не только произведения, представленные на постоянной экспозиции Отдела Античного мира Эрмитажа, но и предметы из музейных фондов, показанные впервые – это прежде всего образцы римской скульптуры из мрамора и бронзы, произведения из керамики, стекла и кости.
Статуя Марка Олкония Руфа Marcus Holconius Rufus Мрамор Помпеи, I в. н. э.Академия Платона Мозаика Помпеи I в. н. э.Актер с маской Фреска Помпеи. I в.

Окраина

С 20 апреля по 20 мая 2019 в Культурном центре "Рублево" (Москва) пройдёт выставка «Окраина», на которой будут показаны более 30 живописных и графических работ московских художников.

Работа Андрея Шатилова

Окраина – это не только топографическое понятие, это, скорее, явление, вмещающее в себя образные приметы времени и места.

Выполняя пограничную функцию между центром города и расстилающимися за городскими пределами бескрайними просторами, окраина соединяет в себе свойства этих двух стихий. Конфликт, основанный на взаимоотношении природы и урбанистической среды, проявляется здесь наиболее остро. С одной стороны – урбанистический пейзаж, а с другой, возможно, поле цветущих подсолнухов, как в работе Андрея Шатилова, или почти инопланетный мир промышленных сооружений Юрия Царевского.

Художественное преломление реальности создает своеобразную мозаику из визуальных образов, знакомых каждому жителю мегаполиса. Характерные для окраин объекты начинают играть роль символов. В работах Милы Гавриловой знаковыми символами становятся «стражи» окраин башни ЛЭП, провода и, конечно, типовые панельные дома. Обыденность, отсутствие интриги и событийности усиливают эффект узнавания. Повседневность сюжета обретает драматическое звучание в напряженной по цвету картине «Конечная», с пустынной ночной автобусной остановкой.

Тема транспортной магистрали, соединяющей центр с окраиной, присутствует и в работах Инны Вольвак. Железнодорожные депо, старые технические постройки – многослойная и уходящая фактура времени.  Пустынные улицы в свете фонарей, редкие одинокие прохожие, заводская проходная в предрассветный час, ларьки с шаурмой у периферийных станций метро, постоянное и временное, вечное и обыденное уживаются в серии ночных пейзажей Ирины Богдановой.

Образный строй в работе Елены Гагариной «Нити судьбы» обусловлен характерными деталями изображаемого интерьера, пейзажем за окном и настроением незримо присутствующих обитателей дома на старой окраине города.  Анна Бриллинг и Иван Дедок в своих натурных зарисовках запечатлевают доживающие свой век и уходящие в прошлое ветхие живописные постройки, которые вскоре будут вытеснены наступающим городским строительством.

В графической серии Юрия Царевского изображения совершенно реальных объектов промышленной застройки воспринимаются как артефакты иных миров, как фантасмагория, рожденная воображением сюрреалиста.

Источник

Работа Анны БриллингРабота Ивана Дедка
Работа Милы ГавриловойРабота Инны ВольвакРабота Ирины Богдановой
Автор: Андрей Карпов

Игорь Лазарев Три мудреца

1. СТРАНА МУДРЕЦОВ

Достаточно оглянуться, посмотреть внимательным взглядом по сторонам, и сразу станет понятно, что мы живём в стране мудрецов. Конечно, "посмотреть" - это метафора; надо послушать, что люди говорят, почитать, что они пишут. Догадаться про страну мудрецов - дело нехитрое, но нам мешает желание сказать что-то самим, поделиться собственной мудростью. С высоты этой мудрости чужие соображения кажутся глупыми, но вот если наступить себе на горло, замолчать, унять нетерпеливую толкотню мыслей и заметить, что говорят другие, то сомнений больше не остаётся: вокруг нас - одни мудрецы.

Любой вопрос имеет решение. Что бы ни случилось, кто-нибудь обязательно уже знает - почему. Мудрец расскажет, зачем некто поступил именно так, а не иначе, причем складывается ощущение, что мудрец всё разложил по полочкам раньше, чем первый проблеск понимания мелькнул в уме того, кто совершил само действие. По большому счёту, наша страна должна жить без проблем, ведь правильные пути открыты столь многим. Эти пути друг другу противоречат, но любой мудрец легко разберётся в этой путанице и подскажет, какой путь единственно верный. Задумался о том, что делать? - спроси мудреца. Просто озвучь вопрошание, и умные люди сразу накидают тебе ответов.

Эта интеллектуальная идиллия имеет лишь одно тёмное пятно. И это пятно - власть. В стране мудрецов, где правильные решения, можно сказать, валяются под ногами, власть почему-то их упорно не замечает. Ей готов посоветовать каждый мудрец, но она словно чурается этих советов. Как объяснить подобную аномалию? Есть две гипотезы. Первая говорит, что власть глупа. Она просто не понимает элементарных вещей. То, что очевидно первому попавшемуся мудрецу, никак не умещается  в умах тех, кто оказался у власти. Однако, согласитесь, в этом есть что-то странное: в стране, где мудрость встречается на каждом углу, у власти оказались наиболее далёкие от неё люди.

Согласно второй гипотезе люди во власти умны, но злокозненны: они прекрасно разбираются в том, что правильно, а что нет, но осознанно выбирают неправильные решения. Мудрецы объясняют это так: властвующие не хотят общего блага, они следуют лишь тому, что хорошо персонально для них. С этой точки зрения их решения эффективны, но по-настоящему правильными они не являются. Соответственно, людей во власти дураками не назовёшь, но и мудрыми их называть не хочется. Хитрость им присуща, а мудрость - нет. Настоящая мудрость как раз и состоит в умении разглядеть под личиной мудрости чужую хитрость. Любимая забава мудрецов - это разоблачение: берешь того, кто прикидывается мудрецом, и обнаруживает в нем хитреца. С людьми во власти это может проделать каждый, но, единожды начав, сложно остановиться: мудрецов вокруг много, ну а как они все - хитрецы? Забавляться игрой в разоблачения можно бесконечно.

Однако и вторая гипотеза объясняет не всё. Мудрец мудрее хитреца - его мудрость правильная, он хитреца насквозь видит. Как же тогда получается, что мудрецами правят хитрецы? Концы с концами не сходятся. Обнаружен парадокс, и его как-то надо разрешить.

2. ТРИ ПОРОСЁНКА

Все мы когда-то были детьми, и истоки нашей мудрости восходят к сказкам, которые мы помним чуть ли не наизусть. Обратимся к такому источнику. Как мы в детстве переживали, слушая историю трёх поросят! Маленькие, розовые, симпатичные, с забавными именами - Ниф-ниф, Нуф-нуф и Наф-наф. А какую весёлую песенку они пели: "Нам не страшен серый волк...". Сначала её пели глупые Ниф-ниф и Нуф-нуф, не верившие в грозившую им опасность, а в счастливом конце - уже все три поросёнка. Волк был посрамлён и наказан, каменный дом-крепость построен, безопасность обеспечена, - как же не порадоваться и не спеть от души. Правильная сказка имеет счастливый конец, но в "Трёх поросятах" конец именно что сказочный. Ведь должно было закончиться всё по-другому. Ножки у поросёнка коротенькие, как бы он быстро ни бежал, догнать его волку, который передвигался, как сказано, громадными скачками, - пара пустяков. Волк должен был съесть и Ниф-нифа и Нуф-нуфа, и то, что он их съел, - заслуга рассказчика, случайность, заложенная им в текст сказки, а вовсе не следствие действий героев.

Мария Рудаченко Иллюстрация к сказке Три поросенка

Мария Рудаченко Иллюстрация к сказке "Три поросенка", 1983

Признав это, стоит получше присмотреться к позиции Наф-нафа. Умный поросёнок сообразил, что дом должен быть прочным. Но для кого он его строил? Получается, что лишь для себя. Когда Ниф-ниф и Нуф-нуф заупрямились и отказались ему помогать, он предоставил их самим себе. Хочет поросёнок строить дом из соломы, - что ж, пускай строит. Каждый вправе обустраивать жизнь по своим понятиям. Если твои понятия сделают тебя обедом для волка, то ты можешь утешиться, что сам выбрал такую участь. Демократия и свобода, однако. И полное отсутствие братской любви. Наф-наф допускал, что его братьев съедят: это было более, чем вероятно. Был ли он злым? Нет. Он просто, как сейчас принято говорить, уважал их свободный выбор. Сказка показывает нам мир, в котором каждый отвечает сам за себя. Но это значит и то, что никто не берёт на себя ответственности за другого. Прибежали Ниф-ниф с Нуф-нуфом к домику братца - молодцы, а не добежали - и кончилась бы их поросячья жизнь. В каком-то смысле это даже можно считать справедливым. Но холодно в мире такой справедливости.

3. ПАРАДОКС ОТВЕТСТВЕННОСТИ

Наф-наф не считал себя ответственным за своих братьев. Ответственность предполагает, что ты действуешь во благо других. При этом этот другой может иметь о своём благе весьма превратное представление. Он может хотеть того, что не является благом, и настойчиво совершать действия, которые способны его погубить. Отвечать за такого означает поступать против его желаний.

Истинная власть строится на ответственности. Если человек видит в институте власти лишь новые возможности для достижения личных целей, то его власть  будет порочной. И на такой власти не будет Божьего благословения. Принимая власть, истинный властитель должен осознавать, что он, прежде всего, принимает обязанности. Он отвечает за жизни тех, кто оказался в зоне, на которую распространяются его полномочия. И его действия должны быть направлены на достижение общего блага. Достигать этого блага приходится порою вопреки мнениям и желаниям тех, кто является предметом попечения власти. Поскольку истинная власть руководствуется принципом делать как надо, а не как кому-то хочется или пришло в голову. Если каждый встречный - мудрец, готовый дать сто советов, не неся за это никакой ответственности, то стоит ли удивляться, что власть не прислушивается к таким мудрецам. Цена мудрости определяется ответственностью. Поэтому мы и имеем то, что видим: чем больше у кого-то ответственности, тем меньше в его арсенале простых и быстрых решений. Потому как просто решать тому, кто в стороне. Но это - ещё не самая суть парадокса ответственности.

Кому нравится, когда с ним не считаются? Кто может быть доволен, когда делают не то, что ему хочется? А власть вынуждена так поступать постоянно (если она истинная власть). Поэтому быть у власти - значит быть объектом постоянной критики. Что бы ты ни делал, всегда будут недовольные. Благодарности ждать не приходится. Вот сердцевина парадокса: наиболее ответственные, как правило, получают больше всего шишек. На них выливаются реки негатива. И рождается искушение дать возможность этим поросятам жить по своим понятиям, предоставить их самим себе. Хотят строить домики из соломы или берёзовых веточек - пусть строят. И когда их съест волк, можно будет сказать, что они это заслужили. Но если ты - истинный властитель, то тебе не дано избавиться от ответственности. Ты должен терпеть неблагодарность и продолжать делать своё дело.

Пока есть такие властители, страна живёт.

Город солнца

С 19 апреля по 26 июня 2019 г. в Астраханской государственной картинной галерее имени П. М. Догадина будет проходить выставка «Город солнца» из собрания государственного музейно-выставочного центра РОСИЗО.

И.В. Петровский Выходной день на Неве, 1937

Название выставки связано с известным утопическим произведением XVII века, в котором Томмазо Кампанелла «создал» идеальный общественный строй, где нет места принуждению, а главенствуют равенство и единство ради достижения общего блага.

Советское искусство 1930–50-х годов при всем своем реализме было столь же утопично.

Основа экспозиции - 36 живописных произведений, которые раскрывают события и идеи, которыми жила страна. Масштабные стройки, индустриализация, трудовой подвиг воспеваются, например, в работах Семёна Павлова «Горячий прокатный цех гвоздильного завода», Вильгельма Лукина «Уголь Кузбасса»; теме коллективизации посвящена картина Меджида Хошмухамедова «Сбор хлопка»; новый быт и полезный досуг новых людей изображён на полотнах Виктора Мидлера «Хоккей на катке ЦДКА», Елены Мельниковой «Экскурсия на заводе „Шарикоподшипник“», Ивана Петровского «Выходной день на Неве». Галерея портретов воссоздаёт образ нового героя — человека труда, физически и морально устремленного в светлое будущее.

Экспозиция дополнена агитационной графикой — 13 плакатами. Яркие плакаты с лёгкостью доносили социальные и политические установки партии, изображали картины идеального общества. В годы войны плакат помогал решать задачи обеспечения армии вооружением и необходимости устоять перед ударами противника.

На выставке представлены также 13 предметов скульптуры и декоративно-прикладного искусства. Идея создания нового общества и нового человека художественно воплотилась в скульптурных портретах Николая Томского, Сарры Лебедевой, в знаменитой композиции Веры Мухиной «Рабочий и колхозница», ставшей символом времени, а также в советском фарфоре.

Произведения, экспонируемые на выставке, являются ярким документом эпохи, отражающим важный период отечественной истории с его пафосом созидания и энтузиазмом, достижениями и заблуждениями.

На сайте: http://culturolog.ru/content/view/3497/31/

В.И. Люшин Самолет «Крокодил готовится к полету», 1937И. Д. Штанге Коммуна заводской молодежи, 1937Екатерина Зернова Колхозники приветствуют танкистов во время маневров, 1937 В.А. Раевская-Рутковская Ребятишки строят домну, 1935-38

kulturolog_ia
Андрей Карпов
КУЛЬТУРОЛОГ
April 2019
S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930    

Метки

Сообщества

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Kenn Wislander