?

Log in

Мы будем рады, если Вы посетите наш сайт http://culturolog.ru/, посвященный культуре как таковой и современной культуре в частности.

Ждём Ваших материалов (новости и статьи по тематике сайта). Присылайте их на kulturolog@narod.ru .

МИССИЯ КУЛЬТУРОЛОГА


Мы видим своей задачей организацию пространства, в котором явления культуры учитываются, оцениваются и анализируются. Систему координат для этой деятельности призвана дать картина мира, основанная на традиционных ценностях. Эту картину ещё предстоит местами дорисовать, так как многое из того, что происходит вокруг нас, с традиционными ценностями ещё никогда не соотносилось или соотносилось неправильно.

Существенное значение имеет критика современной культуры. Однако по-настоящему главное – это не выявление и оценка недолжного, хотя без этого не обойтись, а обнаружение, поддержка и пропаганда актуальных реализаций традиционных ценностей – всего того, что является доброкачественным наследованием нашей богатой и высокой культурной истории. К сожалению, в мутном потоке современных нам культурных событий порой так сложно разглядеть подлинно прекрасное и действительно чистое. А оно есть. И именно оно задаёт необходимую планку этического и эстетического мироощущения человека, без чего человек теряет человеческое достоинство и превращается в животное, и даже хуже того. У животного - здоровые инстинкты, а у забывшего о высоком человеке инстинкты искажены его концентрацией на инстинктах, то есть извращены.

Мы хотим, чтобы вокруг «Культуролога» сформировалось сообщество людей, которых заботит судьба нашей культуры. Чтобы корпус текстов «Культуролога» представлял собой серьёзную научную, культурную и общественно значимую величину. Чтобы на «Культурологе» собирались новости о событиях, поддерживающих добрые традиции и задающих доброкачественный культурный контекст.


Православная литература

"Прохожий, остановись!"

Автор: Елена Федюкина, кандидат культурологии

В конце лета, вспоминая Марину Ивановну Цветаеву, по обыкновению мы обращаем мысли к Елабуге, пугающей немного не то названием, не то тем, что там произошло на исходе лета 1941 года. Замечу сразу: Елабуга перестает пугать тотчас, как туда попадаешь. По большому счету, это не город Цветаевой, это, прежде всего, родина гения пейзажной кисти Ивана Шишкина, старинный оплот русского купечества, последний приют Надежды Дуровой. Это также город писателя, мало известного у нас, однако очень талантливого, одного из тех, кто стоял у истоков русского культурного подъема конца ХХ века. Речь идет о Станиславе Тимофеевиче Романовском, лирическом русском прозаике, писателе для юношества, авторе повестей об Андрее Рублеве и Александре Невском. Хотя дарование елабужского писателя и несравнимо с цветаевским, но все же имена Цветаевой и Романовского соединились на перекрестьях русской жизни не только географическим пунктом Елабуга, но и личной встречей, ставшей едва ли не судьбоносной для Станислава Тимофеевича.

Встреч, собственно говоря, было три. Последняя из них – уже с мертвой Мариной. Когда писателю было 9 лет, население Елабуги внезапно увеличилось из-за того, что пароходом по Каме привезли эвакуированных. Время было голодное: грибами и ягодами не наешься, а хлеба выдавали всего по 300 г на душу. Как-то Стасик проходил с товарищем мимо столовой, не удержались ребята, забежали внутрь, да и прихватили из пустой тарелки обгрызенную корочку хлеба. Когда они вышли, их вдруг догнала «костистая немолодая женщина» в кофте с закатанными рукавами и косынке, посудомойка. «Возьмите», - попросила, подавая ребятам брусок ржаного хлеба». «Мне запомнились глаза этой женщины, рассказывает Романовский, сначала они показались веселыми, смеющимися, но скоро я понял, что глаза не смеются, что в них живут ... усталость и внимание ко всему, что творится на белом свете». Этот «ломтик колючего хлеба» вместе с «обгрызышем» ребята жадно доели на ходу. Это была первая встреча с Поэтом в роли судомойки.

фреска Никольской церкви г. Елабуга


Святитель Николай Чудотворец избавляет трех мужей от смерти, фреска Никольской Церкви г. Елабуга

Через несколько дней они встретились в ... церкви. Никольская церковь, в которую Стасика водила когда-то бабушка (отец с матерью, военнослужащий и учительница, жили постоянно в Ленинграде) стояла открытой, загаженная птичьим пометом, с выбитыми стеклами и простреленными фресками. Мальчишки теперь уже не за Причастием сюда приходили. Смелость хотелось испытать, лазая по крыше и колокольне. На этот раз, к большому удивлению ребят, под ее сводами им попалась женщина из столовой, подавшая им кусок хлеба. Она поинтересовалась у ребят о названии храма. Вместе они постояли под фреской в простенке между окнами, где был изображен Николай Угодник. Стасика уже давно привлекал отточенный до синевы, обоюдоострый меч, замерший в руках палача, изображенного на первом плане перед чудотворцем. Мальчик испытывал желание подержать в руках, ощутить ладонями холод дамасской стали. Но теперь он поспешил утешить эту женщину смотрящую так грустно. «Он спасет их», - сказал, указывая на Николая Угодника и обреченно ожидающих своей участи жертв. Женщина кивнула, что знает. Поинтересовалась, давно ли закрыта церковь и вздохнула, узнав, что еще до войны. Она шла вдоль стен как хозяйка храм, в ее глазах светились те же огоньки, которые Стасик приметил еще тогда, у столовой. На эту дивную процессию глядели выщербленные от пуль росписи.

«В Елабуге много георгинов, - произнесла вдруг женщина, когда они вышли из храма. Действительно, эти пышные предвестники осени самосевом росли тут повсюду, даже среди лебеды. Прощаясь с ребятами, она сказала, что живет у фонтана, уточнив, «у фонтала», по-местному.

Прошло три дня. Стасик вдруг узнал, что его случайная знакомая из эвакуированных, та, что из дома напротив фонтана, повесилась и ее понесут хоронить. Когда он примчался к угловому домику «фонтанной площадки», гроб уже выносили. Мальчик пробрался сквозь толпу и заглянул в лицо покойной. «Лицо женщины словно бы округлилось, морщины разгладились», и когда ее «длинные острые ресницы колыхнулись от ветра», Стасику подумалось, что сейчас она откроет глаза и скажет: « В Елабуге много георгинов»...

Кажется, случайная встреча, да вот только Стасик, когда вырос, стал писателем. Возможно, также по случайности.

Это - фрагмент статьи. Полностью статья на сайте по ссылке:
http://culturolog.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=2133&Itemid=8

31 июля 2015 г. исполнилось 50 лет Джоан Роулинг, создавшей самое коммерчески успешное произведение в истории литературы - эпопею о Гарри Поттере.

Мальчика, который выжил под ударом  «неотразимого» заклятия; которому было предсказано противоборство с могущественным злым чародеем Волан-де-Мортом, уже практически достигшим бессмертия и рвущимся к власти над миром; который принял свою судьбу и добился-таки победы над Волан-де-Мортом - благодаря помощи друзей и качествам своей души, - знают, наверное, все. Чего всё же нельзя сказать о самой Джоан Роулинг. Герой более известен, чем его автор.

Впрочем, такое встречается в литературе. Например, все ли почитатели медвежонка по имени Винни-Пух, могут вспомнить, что его придумал Алан Милн? Когда популярность героя превосходит известность автора, это говорит о творческой удаче и об отсутствии конкуренции: из-под пера автора иных героев, способных соперничать за внимание читателя, больше не вышло.

Тем, что мы знаем Джоан Роулинг, мы обязаны Гарри Поттеру. Даже больше того: можно сказать, что не только Джоан Роулинг создала Гарри Поттера, но и Гарри Поттер создал Джоан Роулинг. Джоан Роулинг сегодня – медийная фигура. Она даёт интервью, комментирует свои тексты, активно участвует в коммерческом проекте на базе книги, поддерживая читательский интерес и способствуя дальнейшим продажам. И в этом уже - определённая уникальность. Не всякая успешная книга даёт возможность автору оседлать столь высокую волну. Конечно, свою роль тут сыграла отлично выполненная экранизация. В пару книжной эпопее человечество получило и череду талантливо сделанных зрелищных фильмов, визуализировавших заданные книгой образы. Мы теперь знаем, как выглядят персонажи. Зрители воочию видели, как росли Гарри Поттер и его друзья, и это позволило им ещё больше сродниться с ними. Несомненной находкой является сохранение состава исполнителей от серии к серии: взросление героев выглядит естественным, что обеспечивает ещё больший уровень доверия зрительской аудитории. Стоит отметить удачный маркетинг: первые четыре романа эпопеи выходили ежегодно (с 1997 по 2000 год). В 2001 и 2002 годах вышли фильмы по первым двум книгам, что подхлестнуло интерес к эпопее. Далее выход книг чередовался или сочетался с выходом фильмов.  Последний роман был опубликован в 2007 году, а последний фильм вышел на экраны в 2011-м. В результате, путь эпопеи к читателю (он же – зритель) оказался растянут на 15 лет, в течение которых интерес умело разогревался и поддерживался. Впрочем, книга оказалась несколько «затёрта» фильмом (это вообще типично для современной культуры). По данным Британской библиотеки романы Роулинг входили в пятерку наиболее популярных детских книг (чисто статистически – по числу библиотечных запросов) в  2000/01 и 2001/02 (учет идет по учебным годам). Потом позиции Поттерианы только снижались. В 2012 году книги Джоан Роулинг вообще покинули топ-20. Это говорит о том, что, лишенный постоянной маркетинговой подпитки, интерес к эпопее упал.

На пике интереса у нас, в России, зазвучали голоса о необходимости включения Поттерианы в школьную программу, хотя бы на уровне внеклассного чтения. Восторженные поклонники объявили романы Джоан Роулинг новой классикой; по их мнению, ни один ребенок не должен пройти мимо «бессмертного» «Гарри Поттера». Звучала и более прагматичная аргументация: нынешние дети читать не любят, а предпишешь им «Гарри Поттера» – уж его-то точно прочтут. А там, глядишь, и навыкнут к чтению. Дискуссия была довольно оживленной; её отголоски слышны были ещё пару лет назад. Однако к настоящему времени идея включения «Гарри Поттера» в школьную программу окончательно умерла. Свою роль в этом сыграло возвращение внимания государства к культуре и школьному воспитанию. В 2013 году были опубликованы списки из 100 книг, рекомендованных школьникам для самостоятельного чтения, и 100 фильмов, рекомендованных для изучения в школе. Списки составлялись под эгидой Министерства культуры с привлечением общественности и экспертов. Они вызвали большие споры; многие позиции в обоих списках, действительно, выглядели случайными. Но вот что интересно: оказалось, что в багаже нашей культуры достаточно произведений, которые можно было бы включить в эти перечни на том или ином основании; иначе говоря, нам есть, что дать нашим детям, не прибегая к сомнительным заимствованиям из чужих культур. Какой смысл обращаться к «Гарри Поттеру», когда дети еще не в полной мере приобщены к лучшему из отечественного наследия? Сегодня это кажется очевидным. Владимир Мединский (министр культуры) в своей июньской статье в газете «Известия», которую сразу же назвали программной, высказался так: «кто не кормит свою культуру, будет кормить чужую армию». Речь шла, прежде всего, о том, на что тратить государственные деньги. Но смысл можно и расширить: будущее страны зависит от того, в какую культуру мы будем инвестировать наши личные средства и наше внимание. Потратимся на «Гарри Поттера», – значит, пройдем мимо чего-то другого. Своё оставим, примем чужое. Потеряем свою идентичность. Не каждый может руководствоваться в быту подобной логикой, но что касается школы, воспитания и школьной программы – тут сходятся мнения многих: в школе надо закладывать основы социальной, национальной и государственной идентичности, и «Гарри Поттер» к этому отношения не имеет.

«Гарри Поттер» – книга английской или (чуть шире) европейской культуры. Её семантика, персонажи, образы мысли и действия европейцем легко могут быть прочитаны, восприняты и усвоены: они соответствуют европейскому культурному коду. Для нашего человека этот код чужд. Семантический ряд «Гарри Поттера» может быть интересен и человеку нашей культуры – как интересно всё новое и неизвестное, но душевных струн он затрагивает немного. Гарри Поттер остается гостем из Голливуда, не превращаясь в фигуру, с помощью которой наш ребенок пытается выразить самого себя. По крайней мере, так должно быть. И в этом ещё одна причина потери интереса к вопросу о включении «Гарри Поттера» в школьную программу: Голливуд засылает к нам всё новых гостей, старым приходится потесниться.

Однако почему же всё-таки Гарри Поттер стяжал мировую славу? Дело ведь не только в хорошем маркетинге. Иначе была бы открыта линия по производству миллиардеров (состояние Джоан Роулинг в 2011 году превысило миллиард долларов, потом оно уменьшилось – деньги ушли на благотворительность и налоги). Технология технологией, но что-то ведь есть в этой книге такое, чего нет ни в какой другой. Что же это?

Современный ребенок нашел в Гарри Поттере своего героя. Гарри Поттер противостоит злу, временами практически в одиночку. Он (это постоянно подчеркивается в книге) обладает исключительными личными качествами, грубо говоря, - прекрасной душой. Его приключения захватывают. На стороне Гарри Поттера сочувствие автора и читателя. Гарри Поттер растёт и совершенствуется. Он динамичен. В каждой следующей книге – он больше себя, предыдущего. Сложнее. Эпопея – это лестница из грамотно выстроенных ступенек.

Но неужели ничего подобного не было раньше? Не было. Ирина Медведева и Татьяна Шишова в своей, довольно известной критической статье «Гарри Поттер: Стоп» указывают на кардинальное отличие Поттерианы от традиционной волшебной сказки. В волшебной сказке главный герой никогда не является волшебником. Он может получать помощь от волшебника или волшебных предметов, но всегда остаётся обыкновенным человеком. Почему? Авторы статьи не дают ответа на этот вопрос. Но он очевиден: читатель (или слушатель) сказки должен иметь возможность отождествить себя с главным героем. Ради этого сказка и рассказывается – чтобы человек мог прикоснуться к чуду. А как можно отождествить себя с волшебником? Ведь для этого надо обладать способностями, которых, очевидно, нет. Однако современный мир нашёл способ превратить любого человека в волшебника. Для этого достаточно просто сесть за компьютер. И виртуальные миры будут послушны малейшему движению мыши. Барьер оказался снят. Нынешний ребёнок легко может представить себя мальчиком с волшебной палочкой. И чем более он привержен виртуальности, тем меньшее значение для него имеют ограничения реального мира. «Гарри Поттер» стал одной из первых книг, использующих эту возможность компьютеризированного детского сознания. А для того, чтобы отождествление не встречало дополнительных препятствий, действие книги происходит в наше время, мир волшебников встраивается в обыденную реальность. Достаточно просто поднять волшебную палочку, и ты – на той стороне.

Гермиона


 Джим Кей, из иллюстраций к изданию "Гарри Поттера" 2015 г.

Полный текст статьи - по ссылке: http://culturolog.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=2357&Itemid=8

Автор Вениамин Гудимов

... наша память похожа на книгу на неизвестном языке. Хотя кто знает - откуда взялась она? Может быть, ее кто то обронил, забыв. И теперь детские пальцы листают ее, глаза пробегают пока молчащие строчки и останавливаются на картинках. Возможно, когда-то мы также исследовали ее - так, как это может делать ребенок, считающий найденную книгу своей. В ней картинка... немая очевидность, клубок линий, проросший из молчащих буковиц, наслаивающий на себя твое внимание. Кто поддастся ему, соблазнившись разгадкой, предчувствуя за внешней  видимостью мягкий теплый воск слов?

vorovka_knig.jpgКадр из фильма

Домик в маленьком городке, в котором все друг друга знают. Двое – муж и жена – уже немолоды. Воздух дома пропитан фразами, привычными и затертыми от частого употребления. Темная мебель, пережившая не одно поколение. Что-то из былого стало игрой, что-то из игры - спектаклем, чьи эпизоды стали проживаться как вынужденная обычность. Привычное и живое друг в друге разделило-связало (что разделяет то и связывает) одиночество. Все страшное, включая смерть от случайной бомбы, еще впереди. Интересно – что – или кого? - можно видеть друг в друге под закат жизни, не думая о такой смерти? Или думая о ней?

Впрочем, смерть является и автором и рассказчиком этой истории. Голос смерти сообщает о героях простые вещи, в которых они сами никогда бы не признались или же просто не сказали. Смерть - как комментатор - озвучивает их суть (а что еще может быть сделано?), с которой у смерти свои отношения. Кто-то может предположить, что очевидность человека и смерти разделяет граница видимой жизни, разномирья – и будет прав.

Человек не ведает заранее о происходящем, он находится в центре своего мира (чья это иллюзия?) и посему бывает слеп, смешивая видимое, желаемое и настоящее. Вопрос о сути происходящего – как выбор, но чей? – настигает героев – конечно же! – именно тогда, когда они не просто погружены в привычное, предыдущее, но и ожидают, подразумевают его продолжения. Незаметно – даже для себя, в этом они преуспели - обменивая искренность на уверенность, сущность на идентичность, имена на роли и роли на имена.

Мир людей двойственен: героиня одновременно и «свинтус» и «принцесса», «тупая» и «крутая», «немая» и… кто-то еще. Подразумеваемое и очевидное образовали пирог повседневности: каждый откусывает от него кусок (который лишь называет своим), надеясь осуществиться. В результате – одни засыпают, другие – пробуждаются, всего лишь на время.

Здесь у каждого своя обреченность: герои вынуждены в определенный момент кинуть в костер книгу (приказ!), но у кого-то из них этот жест оживит душу и отправит на поиски оставшейся в живых книги и друга, с которым их свяжет удивительно теплый разговор, открывающий очевидное, до этого невидимое.

У других – упростит жизнь, сделает ее просто-очевидной, уличной, газетной. Газета – бабочка-однодневка, которую читают (выкрикивают) походя, забывая после выкрика. Выкрикивание как обреченность, невозможность тихой речи – например, мачехи, которая пытается сказать героине (особенно в финальной сцене) нечто теплое, но одновременно маскируя это – уже имитацией – крика для других.

В какой-то момент у меня возникло ощущение, что этот фильм о громком и тихом. Разделение пространства тихой речи друг другу (в подвале дома, когда Макс говорит Лизель о том, что именно теперь он ее услышал – когда она находит свою метафору) и громкого крика бургомистра (на освещенной факелами ночной площади), после которого людям толпы остается ничего другого, как на время остекленеть, стать прозрачными или даже призрачными – отчетливый знак этого фильма.

Другим (синоним «чужим», «остальным») – мы можем кричать. С другими («своими», «близкими») мы можем говорить, не нарушая тишину. Некоторые имена, которые дают друг другу герои фильма, выкрикиваются– «тупая», адресованы многим и несут разброс вроде «я тебя называю при всех". Другие имена – «принцесса, добро пожаловать» - произносятся кому-то одному.

А если пойти дальше за этой мыслью - мы, можно найти удивительный вопрос о внутреннем крике и тихой речи в душе человека. Да, смерть обжигает и заставляет кричать или молчать ( в молчании, порою, связан крик). Но есть другой (не всякий, а тот кто рядом), который в этот драматический момент может поделиться тихой речью, которая разбудит наш голос.

Что может крик? Указывать, требовать, взывать к действию. Убеждать. Вламываться. Переделывать. Звать. Опровергать. Обвинять. Уплощать до однозначности. Но можно ли крича, видеть полет бабочки? Наблюдать игру ребенка? Разговаривать о картине Брейгеля? Читать как книгу млечный путь? Вслушиваться? Крик разрушает уединенность. А еще… в крике нет Пути. Вместо него – чаще дистанция для бега. Кричат, как правило, чаще на базаре и войне, там агония одного – победа другого.

Тихая речь – как способ быть - рождается не в молчании, но в тишине. Определенный круг тем, которые возможно увидеть, прояснить, понимать, исследовать только через нее – как проводника. Даже если Лизель читает Уэлса лежащему в горячке Максу – она читает тому, кто слышит. Тихая речь оставляет другому право на услышанность и ответность (крик – отнимает). Тихая речь позволяет слышать себя – даже когда ты говоришь другому, или читаешь чьи-то строчки, как например, сейчас.

Или смотришь этот фильм – «Воровка книг»…

Метки:

Автор Михель Гофман
Об­ще­ст­во, ста­вя­щее раз­ви­тие эко­но­ми­ки как свою глав­ную цель, ну­ж­да­ет­ся в но­вом без­ли­ком че­ло­ве­че­ском ар­хе­ти­пе, функ­цио­наль­ной час­ти ма­ши­ны эко­но­ми­ки.

И пер­вой стра­ной, от­кры­то про­воз­гла­сив­шей эту идею но­во­го вре­ме­ни, идею об­ще­ст­ва-ма­ши­ны, бы­ла Со­вет­ская Рос­сия, ко­то­рая в сво­ей про­па­ган­де, ли­те­ра­ту­ре, ис­кус­ст­ве го­во­ри­ла, что лю­ди долж­ны стать “вин­ти­ка­ми” ма­те­ри­аль­но­го про­грес­са, “вин­ти­ка­ми” ин­ду­ст­ри­аль­но­го про­из­вод­ст­ва. Этот выс­ший че­ло­ве­че­ский тип, Но­вый Со­вет­ский че­ло­век, пи­са­тель 20-ых го­дов, Ан­д­рей Пла­то­нов, не­на­ви­дев­ший Со­вет­скую власть, пред­ста­вил сим­во­лом ин­ду­ст­риа­ли­за­ции - че­ло­век-па­ро­воз.

В гла­зах на­ших све­тят­ся гор­ны,
В серд­цах взры­ва­ет­ся кровь,
Как топ­ка ды­ша рас­ка­лен­ная,
Как пес­ня гуд­ков на­ших рев.

«По­кло­не­ние ма­ши­не ста­ло но­вой ре­ли­ги­ей боль­ше­ви­ков с Ле­ни­ным как ее про­ро­ком. Все об­ще­ст­во долж­но быть ор­га­ни­зо­ва­но на на­уч­ных тех­ни­че­ских прин­ци­пах стать без­от­каз­но функ­цио­ни­рую­щей ма­ши­ной, а че­ло­век ее вин­ти­ком.», пи­сал со­цио­лог Фу­лоп-Мил­лер в 20-ые го­ды про­шло­го ве­ка.

А.А. Дейнека Текстильщицы
Александр Дейнека "Текстильщицы", 1927
Но боль­ше­ви­ки сле­до­ва­ли в рус­ле всей за­пад­ной ци­ви­ли­за­ции. Еще до по­яв­ле­ния Со­вет­ской Рос­сии, фи­нан­сист и об­ще­ст­вен­ный дея­тель кай­зе­ров­ской Гер­ма­нии Уол­тер Ра­те­нау го­во­рил, что толь­ко ма­ши­на при­ве­дет че­ло­ве­ка к сво­бо­де и сча­стью. Ма­те­ма­тик Лейб­ниц в 18-ом ве­ке ут­вер­ждал, что че­ло­век та­кая же ма­ши­на, как и ча­со­вой ме­ха­низм. Идея че­ло­ве­ка-вин­ти­ка раз­ви­ва­лась вме­сте с ус­лож­не­ни­ем тех­но­ло­гии, от че­ло­ве­ка-па­ро­во­за до со­вре­мен­но­го идеа­ла че­ло­ве­че­ско­го со­вер­шен­ст­ва – че­ло­ве­ка-ком­пь­ю­те­ра.

Жур­нал «Со­вре­мен­ные тех­но­ло­гии и об­ще­ст­во» в 1985 го­ду: «Глав­ным барь­е­ром на пу­ти раз­ви­тия эко­но­ми­ки яв­ля­ет­ся не про­бле­мы соз­да­ния но­вых тех­но­ло­гий и ор­га­ни­за­ци­он­ных ме­то­дов, а при­спо­соб­ле­ние че­ло­ве­че­ской пси­хи­ки к эф­фек­тив­ной ра­цио­наль­но­сти, ра­зум­ной ло­ги­ке ком­пь­ю­те­ра.».
Се­го­дня эта идея не де­ба­ти­ру­ет­ся, она осу­ще­ст­в­ля­ет­ся на прак­ти­ке, но еще не­сколь­ко де­ся­ти­ле­тий на­зад вы­зы­ва­ла со­про­тив­ле­ние. Стэн­ли Куб­рик, по­ста­вив­ший в 60-ые го­ды фильм «Ме­ха­ни­че­ский Апель­син», пи­сал, - «По­стин­ду­ст­ри­аль­ное об­ще­ст­во по­ста­вит че­ло­ве­ка в ус­ло­вия, в ко­то­рых он ли­шит­ся всех слад­ких со­ков са­мой при­ро­ды и ста­нет ме­ха­низ­мом».

К кон­цу ХХ ве­ка аме­ри­кан­ская на­уч­ная фан­та­сти­ка, экс­т­ра­по­ли­руя се­го­дняш­ние тен­ден­ции в бу­ду­щее, уже не ви­де­ла ни­че­го тра­ги­че­ско­го в пре­вра­ще­нии че­ло­ве­ка в ма­ши­ну, ско­рее на­обо­рот, че­ло­век-ма­ши­на стал бо­лее при­вле­ка­те­лен, чем обыч­ные лю­ди. Че­ло­век не­со­вер­ше­нен, ма­ши­на со­вер­шен­на. Со­вре­мен­ные ав­то­мо­би­ли с их иде­аль­ны­ми про­пор­ция­ми под­чер­ки­ва­ют не­дос­тат­ки че­ло­ве­че­ско­го те­ла, ря­дом с воз­мож­но­стя­ми ком­пь­ю­те­ра ин­тел­лект че­ло­ве­ка ка­жет­ся бес­по­мощ­ным.

Мож­но бла­го­да­ря мно­го­лет­ним тре­ни­ров­кам, тех­ни­ке body sculpturing, соз­дать ат­ле­ти­че­скую фи­гу­ру, как у «Тер­ми­на­то­ра», но у че­ло­ве­че­ско­го те­ла есть ли­ми­ты, у ро­бо­та этих ли­ми­тов нет. Мож­но вы­ра­бо­тать мощ­ный ин­тел­лект, но все рав­но он бу­дет ус­ту­пать ин­тел­лек­ту ком­пь­ю­те­ра. Чем­пи­он ми­ра по шах­ма­там Кас­па­ров про­иг­рал ком­пь­ю­те­ру шах­мат­ный матч. Не­да­ром в ле­ген­дах со­вре­мен­ной  мас­со­вой куль­ту­ры, в филь­мах 80-х го­дов, по­лу­че­ло­век-по­лу­ма­ши­на пред­ста­ет как улуч­шен­ный об­ра­зец обыч­но­го че­ло­ве­ка, ог­ра­ни­чен­но­го в сво­их воз­мож­но­стях, а воз­мож­но­сти че­ло­ве­ка-ро­бо­та без­гра­нич­ны.

Reader Digest, са­мый по­пу­ляр­ный жур­нал Аме­ри­ки, ти­раж 22 мил­лио­на в год, вос­хи­ща­ет­ся звез­дой бейс­бо­ла Со­лом Маг­ли: «Он дей­ст­ву­ет, как со­вер­шен­ный ро­бот, его дви­же­ния от­то­че­ны и ме­то­дич­ны, как у ма­ши­ны». Но тот же Сол Маг­ли, вне бейс­бо­ла, в обыч­ной жиз­ни, да­лек от то­го со­вер­шен­ст­ва, ко­то­рое он де­мон­ст­ри­ро­вал на спор­тив­ной пло­щад­ке.

Как же соз­дать та­ко­го со­вер­шен­но­го че­ло­ве­ка-ро­бо­та вне бейс­бо­ла, во всех дру­гих сфе­рах жиз­ни? Жизнь не бейс­бол, а че­ло­ве­че­ская пси­хо­ло­гия чрез­вы­чай­но слож­на и да­ле­ко не все­гда под­да­ет­ся ра­зум­но­му кон­тро­лю. Ра­бо­та соз­на­ния и под­соз­на­ния до сих пор ос­та­ет­ся за­гад­кой для нау­ки. Внут­рен­ний мир че­ло­ве­ка час­то ир­ра­цио­на­лен, а за­да­ча об­ще­ст­ва соз­дать мир, в ко­то­ром все про­ве­ря­ет­ся и кон­тро­ли­ру­ет­ся ра­зу­мом.

Это - фрагмент статьи. Статья полностью на сайте по ссылке: http://culturolog.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=2122&Itemid=9

"Белый генерал" и МОИП


Автор: Садчиков А.П., д-р биол. н.,проф.

В этой статье речь пойдет о «белом генерале» (не путать с белогвардейцами), Михаиле Дмитриевиче Скобелеве, выдающемся русском военачальнике. Это была выдающаяся личность, который, к большому сожалению, прожил всего 39 лет. За это время он стал генералом от инфантерии (нечто среднее между генерал-лейтенантом и фельдмаршалом), вошел в историю как освободитель Болгарии, стал одним из героев русско-турецкой войны 1877-1878 гг. Он был награжден многими российскими и иностранными боевыми наградами, золотым оружием «За храбрость» (саблей и шпагой). За личную доблесть М.Д.Скобелев награжден Орденами Святого Георгия 4 степени, 3 ст. и 2 ст.

В сражениях он участвовал в белом мундире и на белом коне, за что получил прозвище «белый генерал» («аг-паша», так называли его турки). Своим видом он вызывал трепет у неприятеля и вселял уверенность в победе своих войск. До революции 1917 г. на территории Российской империи было установлено 6 памятников генералу М.Д.Скобелеву, но ни один из них не сохранился до нашего времени. Все они были уничтожены после Октябрьской революции 1917 года. Памятники Скобелеву были установлены во многих городах Польши, Литвы, в Средней Азии, но и они также не сохранились.

Николай Дмитриев-Оренбургский Генерал М.Д. Скобелев на коне

   Николай Дмитриев-Оренбургский "Генерал М.Д. Скобелев на коне", 1883

Монументальный памятник генералу был открыт в 1912 году на Тверской площади (переименованной в Скобелевскую), напротив дома генерал-губернатора (там, где в настоящее время находится памятник Юрию Долгорукому). Бронзовая фигура генерала и фигуры солдат были отлиты по модели скульптора П.А.Самонова. В 1918 году он был уничтоженбольшевиками, а его место занял монумент советской конституции. В1954 году на Тверской площади был открыт всем известный памятник Юрию Долгорукому.

Имя русского генерала носят пять болгарских сел. В Болгарии он считается национальным героем. В 1910-1924 гг. город Фергана назывался Скобелев.

В Советском Союзе имя Скобелева, как царского генерала, долгое время подвергалось забвению. И только в 2003 г. в селе Заборово Рязанской области был открыт мемориальный комплекс М.Д.Скобелева, включающий в себя церковь Спасскую, бронзовый бюст М.Д.Скобелева на площади, названной его именем, и музей, посвященный семье Скобелевых.

Вот с таким выдающимся человеком пришлось сотрудничать членам Московского общества испытателей природы.

Это - фрагмент статьи. Полный текст статьи - на сайте по ссылке


http://culturolog.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=2112&Itemid=12

Автор: Гульназ Коваленко

Этимология слова техника имеет древнегреческую историю – τεχντιο (techne), что определяло на тот момент бытия древних греков самую широкую деятельность человека – от простейшего ремесла до высокого искусства. Предполагается, что это слово появилось во времена Гомера и трактовалось как τέκτων (tekton), имея индоевропейский корень tekp, означающий плотницкое дело, и первоначально использовалось для обозначения искусства мастера строительства – плотника, а затем уже стало употребляться в значении ремесла или искусства в целом.


Техника – совокупность средств человеческой деятельности, создаваемых для осуществления процессов производства и обслуживания непроизводственных потребностей общества. Термин «техника» часто употребляется также для совокупной характеристики навыков и приемов, используемых в какой-либо сфере деятельности человека.

Таким образом, в слове техника с момента его вербального использования соединились два аспекта: во-первых, орудия труда, т.е. инструменты, с помощью которых человек осуществляет деятельность, реализуя свои потребности; во-вторых, накопленные знания, навыки, способы работы, необходимые в применении орудий труда, а также используемые для их совершенствования.

В технике материализованы знания и опыт, накопленные в процессе развития общества. Основное назначение техники – облегчение и повышение эффективности труда человека, расширение его возможностей, освобождение (частичное или полное) человека от работы в условиях, опасных для здоровья. Средства техники применяются при создании материальных и культурных ценностей; для получения, передачи и преобразования энергии; исследовании природы и общества; сбора, хранения, обработки и передачи информации; управления производственными процессами; создания материалов с заранее заданными свойствами; передвижения и связи; бытового и культурного обслуживания; обеспечения обороноспособности.

По мнению современных исследователей, развитие техники исторически включает в себя четыре этапа своего существования: I. Зарождение технических приспособлений. II. Ремесленное становление технических приспособлений. III. Машинная техника. IV. Информационно насыщенная техника.

На первом этапе техника по меткому выражению испанского философа Х. Ортега-и-Гассета была «техникой случая», потому как не изобреталась человеком, а случайно находилась им .

На современном этапе техника характеризуется высокими темпами ее модернизации и автоматизации, унификацией, стандартизацией, интенсивным развитием энергетики, радиоэлектроники, химической технологии, широким использованием автоматики, ЭВМ и др. Достижения современной техники базируются на фундаментальных научных открытиях и исследованиях.

Рождение философии техники на Западе обычно связывают с появлением книги немецкого исследователя Иоганна Бекмана «Руководство по технологии, или Познание ремесел, фабрик и мануфактур» (1777). Однако наибольшее значение для развития философского определения техники имел труд другого немецкого исследователя Эрнста Каппа «Основные черты философии техники» («Основы философии техники») (1877). По Каппу техника представляет собой некую искусственную среду, но она идёт от природы, а вовсе не является творением иного субстрата. Машины не что иное, как проекция органов человека на природный материал, считал учёный.

По определению немецкого философа К. Ясперса техника – это совокупность действий знающего человека, направленных на господство над природой. Ясперс полагает, что с помощью современной техники связь человека с природой проявляется по-новому. Вместе с необычайно усилившимся господством человека над природой возникает угроза того, что природа, в свою очередь, в неведомой ранее степени подчинит себе человека. Под воздействием действующего в технических условиях человека природа становится подлинным его тираном. Ясперс считает, что возникает опасность того, что человек задохнётся в той своей второй природе, которую он технически создаёт.

По Ясперсу, техника – это умение, или способность делать и обладать, а не созидать и предоставлять расти. Применяя силу природы против самой природы, техника господствует над природой посредством самой природы. Это господство основано на знании. В этом смысле и говорят: знание – это власть.

Власть над природой обретает смысл лишь при наличии целей, поставленных человеком, таких, как облегчение жизни, сокращение каждодневных усилий, затрачиваемых на условия физического существования, увеличение досуга и удобств. Таким образом, цель техники – придать жизни человека такой облик, который позволил бы ему снять с себя бремя нужды и обрести нужную ему форму окружающей среды. Смысл техники состоит в освобождении от власти природы.
Говоря о технике, нужно различать технику, производящую энергию, и технику, производящую продукты. Так, например, рабочую силу человек получает с помощью прирученных им животных, ветряных и водяных мельниц. Техника, производящая продукты, делает возможными такие занятия, как прядение, ткачество, гончарное, строительное дело и т. п.
Кацусика Хокусай Водяное колесо в Ондэн
  Кацусика Хокусай (1760-1849) "Водяное колесо в Ондэн"
Это - фрагмент стати. Статья полностью на сайте: http://culturolog.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=2107&Itemid=6
На сайте Культуролог открыт новый опрос.

Война - это:

(варианты ответов)
<input ... >
<input ... >
<input ... >
<input ... >
<input ... >
<input ... >

Опрос доступен с любой страницы сайта (находится в середине левой панели).

Метки:

На сайте Культуролог закончен опрос по теме "Схватка цивилизаций и уровень жизни".




Резьтаты опроса

Мы спрашивали:
Как Вы считаете:





Голосов



%



График
Ухудшение жизни - следствие неэффективности власти, а не внешнего давления 38 38
Россия отставивает свои интересы, и снижение уровня жизни - невеликая плата за это 30 30
Россия праивльно отстаивает свои интересы, но дальнейшего снижения уровня жизни допускать нельзя 13 13
У России не должно быть никаких интересов, кроме уровня жизни граждан 6 6
Интересы России совпадают с интересами Европы, а нынешний конфликт - ошибка власти 4 4
Уровень жизни уже слишком снизился. Необходима коррекция ситуации 4 4
Никакие государственные интересы не могут быть оправданием ухудшения жизни граждан 3 3
Другое 2 2

Количество проголосовавших: 100
Первый голос: 02.02.2015 г.
Последний голос: 15.07.2015 г.
В последнее время стало модно заниматься возрождением традиций. Это, как говорится, тренд. Быть в тренде означает не только быть молодцом, но и возможность оказаться на хорошем счету у начальства. Поэтому возрождением традиций не только занимаются, но об это ещё и говорят, и чем больше, тем лучше.

Однако здесь возникает перфомативное противоречие. Подобный подход к возрождению традиций миру традиции чужд. Он продолжает отрицать традицию, и вместо возрождения лишает её последних жизненных сил.

11 июля в селе Крылово Осинского муниципального района Пермского края прошел неординарный турнир(так он назван в официальном анонсе) «Веселый коровяк».

Вот как это подаётся: «Организаторы праздника «Веселый коровяк» ставят перед собой цель содействовать возрождению российской деревни, ее традициям, уважению к ее истокам, популяризировать богатейшее культурное наследие и современное творчество Пермского края среди жителей и гостей Крыловского сельского поселения». Праздник вписан в региональную программу, которая реализуется под эгидой Министерства культуры Пермского края.

Центром праздника, давшим ему название, является конкурс по метанию сухих коровьих лепешек. Это, так сказать, изюминка на торте, а весь торт – это забавные соревнования и конкурсы, тематически связанные с сельским хозяйством, среди которых – гонки на мотоблоках, бег с садовыми тележками, бег с коромыслами.

Посмотреть на всё это съезжаются туристы, которых в прошлом году было аж полторы тысячи человек. Это позволяет проводить сельскохозяйственную ярмарку.

То есть главное – коммерческий интерес. Который поддерживается культурной программой, для приличия включающей концерт, а в этом году (в честь 70-летия Победы) – и показ  литературно-музыкальных композиций, посвященных труженикам тыла.  Но не это обеспечивает приток публики, а разные забавы… И если где-то бегают с бревнами и кидают на дальность мобильные телефоны, почему у нас нельзя бегать с коромыслами и кидать коровьи лепёшки?

Как подобные мероприятия связаны с туристическим бизнесом – понятно. Как они способствуют возрождению традиций села – не очень. Посткультура, конечно, может принести деньги, но она не может вернуть смыслы. Наоборот, посткультура стимулирует дальнейшее разложение и смешение смыслов. Успешность жизни села оказывается в зависимости от того, как много людей оно сможет привлечь на свои «неординарные» развлечения.

Традиция – это жизнь внутренними смыслами, а тут смысл пытаются вывернуть вовне.  И это – весьма типично. Поскольку заявить о возрождении традиции просто, несложно также воспроизвести этнографические элементы, присущие традиции, но где взять утраченное мировоззрение?
derevenskiy_prazdnik.jpg
Борис Кустодиев "Деревенский праздник", 1914
kulturolog_ia
Андрей Карпов
КУЛЬТУРОЛОГ
August 2015
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Сообщества

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Kenn Wislander